Похититель тел

Успевший оправиться от наваждения Женька стыдливо достал из авоськи свёрток. Газета на свёртке основательно размокла.

Гарик порвал газету.

– Это ещё что?! – сурово спросил он.

– Это фарш, Гарик. Понимаешь, утром я мясо взять не успел, бабушка была на кухне, а потом она его на котлеты провернула, ну и…. Я на кота свалил, что фарш сожрал.

Помолчали.

– Придётся мне из-за тебя ещё два года в школе торчать! – проворчал Гарик, но плюхнул фарш в тарелку.

– Фарш – тоже мясо, – промямлил Женька и предпринял последнюю-распоследнюю попытку.

– Прежде чем начать свой первобытный цирк, подумай, что ты собираешься делать, – сказал он, подражая голосу папы, которым тот разговаривал с неуспевающими студентами. – С позиции современного человека и комсомольца подумай, а не тёмной забитой старухи, чьи сказки Александр Натанович использовал в качестве этнографического материала. Ты хочешь жертвоприношением вызвать душу покойницы, однако ни душ, ни того света не существует. А если б существовали, что само по себе суеверие, то как привидение может тебе помочь? Нарисовать за тебя на экзаменах, или список поступивших подделать? Кстати, с чего ты взял, что этой даме в стиле модерн нравятся коньяк и папиросы «Казбек»? Фаршем ты разве что её покойную собачку приманишь, и то та, небось, была к паровым котлеткам приучена как бабушкин Чапа.

– Дурак, – огрызнулся Гарик. – Фарш ты приволок, надо было сырое мясо.

– Нет, это ты дурак! Знаешь, если б я верил в привидения, то с твоим набором я бы отправился на могилу какого-нибудь сторожа с барбосом.

Ещё одна чужая улыбка обдала Женьку холодком, и он поёжился.

Гарик достал последний свёрток, совсем маленький. Из старой газеты выглянул бархат узкого футляра, щёлкнул замок, и перед Женькой тускло блеснуло змеистое, исписанное стёршимися надписями лезвие ножа с ручкой в виде фигуры в широких штанах и зубчатой не то короне, не то шлеме на голове.

– Индонезийский нож для разрезания бумаги, – сообщил Гарик. – Он лично мой, мне дед подарил, когда вернулся из своей последней экспедиции.

Невидимый наблюдатель нож одобрил.

– Ты им будешь фарш в жертву приносить? – проворчал Женька, стряхивая наваждение.

– Твоя дешёвая ирония меня не пробивает, – надулся Гарик, – но, как другу, я объясню. У папы написано про золотые монеты, но коллекция заперта в секретере. Вместо монет можно отдать самую ценную для себя вещь, я решил отдать нож, у меня судьба решается, пятаком в ботинке не отделаешься.