На грани мести

Не было рядом того, кто не допустил бы, чтобы я оказалась в такой ситуации, кто смог бы утешить, приласкать, поддержать… Я смахнула слезу со щеки, глаза немного привыкли к темноте, и я увидела, что Вероника смотрит на меня. Наверно, она увидела, что я плачу, потому что протянула руку и крепко сжала мою ладонь. Так мы и заснули.

Мы все резко открыли глаза от того, что палатка дернулась сильнее обычного, ветер завывал так, словно кто-то кричал. Вокруг все еще было темно, Вероника посмотрела на часы:

– Половина шестого… Ну и ужас там творится…

– Я пойду посмотрю, что там с нашим «другом» и что с погодой, – сказал Максим, который лежал ближе всего к выходу, и вылез из палатки, так и не одев куртки.

– Как ты? – Вероника включила фонарик и повернулась ко мне.

– Кажется лучше… А ты поспала?

– Да, но мне не нравится звук этого ветра и то, как сильно палатка двигается, при такой погоде будет очень тяжело спуститься!

Я лежала и слушала страшные завывания ветра, боясь представить, что там снаружи палатки.

– Там жуткий снегопад! – сказал он, пытаясь стряхнуть с себя воду.

– Только этого не хватало, – воскликнула Вероника, натягивая на себя куртку.

– Ты куда собралась? – схватил её Максим.

– Мне нужно оценить силу урагана, сможем ли мы спуститься при таких условиях. Я вернусь через минуту!

Она вылезла из палатки, а он последовал за ней, действительно через минуту оба вернулись, заснеженные и мокрые.

– Так, все очень плохо! – Сказала Вероника, снимая куртку и залезая обратно в теплый спальный мешок, – метель непроглядная! Не может быть и речи, чтобы спускать с горы, пока хоть немного не уляжется! Сейчас еще темно, через пару часов начнет светать, может быть, погода улучшится.

– И что нам делать? – упавшим голосом спросила я.

– Пока подождать, – ответила Вероника и почти со слезами в голосе добавила, – простите, это я во всем виновата!

– Давайте не паниковать, – сразу стал её успокаивать Макс, – ну в чём ты можешь быть виновата!

– Ты не понимаешь… Мало того, что я уговорила вас лезть на эту гору, особенно Элину, она же не хотела!

– Вероника, мы взрослые люди и сами приняли это решение, ты нас силой не тащила, – мне стало жаль девушку.