И пойду искать края

Истощенный мужчина с необычайной силой набросился на конкурента и скинул его с трона.

Виталий упал в ближайшее кресло. Перед ним лежал ароматный окорок. Запах вызвал сильный аппетит, захотелось съесть кусочек. Но обида и уязвленное самолюбие вынудили отложить исполнение этого намерения.

«Почему этот урод сидит на троне? – возмутился Виталий. – Чем он лучше меня?»

Шолохов вскочил с кресла и ринулся на обидчика.

Они стали бороться, скидывая друг друга с возвышенного места. Время шло, голод рос, но Виталий не мог остановиться.

Он твердо решил: либо будет сидеть на троне, либо умрет с голоду (если здесь такое возможно). Впрочем, Виталий в пылу борьбы напрочь забыл о том, где находится.

– Повеселились, и хватит! – прогремел над ухом голос Ангела, и пиршественный зал исчез.

Виталий очнулся, и ужаснулся самому себе. Ведь прошло много времени, и он мог насладиться отдыхом и едой, сидя в любом из кресел.

– Что это было? – спросил он у Ангела. – Наверное, мытарство зависти?

– Мытарство тщеславия! Но почти угадал, тщеславие без зависти не живет.

– А где бабушка?

– Я здесь, – отозвалась Нина, – сейчас не отпускай моей руки. Крепись, будет очень страшно!

Бабушка взяла Виталия за руку. С другой стороны так поступил Ангел. И они полетели куда-то вниз. Полет был долгим. Как показалось Виталию, они направлялись к центру земли, потому что становилось все жарче. Внезапно густую тьму осветило красное пламя, и они остановились.

– Смотри туда! – сказал Ангел.

Виталий пытался увидеть, что же там внизу.

Сначала мешал черный дым, но потом картинка прояснилась, и он заметил толпы людей, идущие в сторону гигантской машины.

– Это же мясорубка! – ужаснулся Виталий.

Над агрегатом стояло невероятно огромное и омерзительное существо, похожее на паука, оно хватало липкими лапами людей и кидало в мясорубку. Из ее сетки выходило месиво. И самое ужасное, что оно было живым! Все действо сопровождалось страшными воплями. Вокруг машины суетились чудовища поменьше. Они собирали «фарш» и бросали его на угли огромной пылающей печи.

Месиво поджаривалось, не прекращая издавать душераздирающие крики.

– В чем повинны эти люди? – спросил Виталий, чувствуя, что силы его покидают.

– Сатанинская гордость! Это диавол готовит себе обед, – послышался отдаленный голос Ангела.

Внезапно из горы вопящего мяса сформировалась фигура. Шолохов увидел красное лицо с выпученными глазами. Это была его мать.

– Мама, ты здесь? – ужаснулся Виталий.