Конрад. Путь кобры

А Конрад, примостившись с края дивана рядом с Ингрид и Мортеном, задумчиво анализировал новые факты и вспоминал слова Армана. Интересно, а то, что всё это была проверка, не отменяет его слов о том, что он может сделать другого человека тёмным магом? О его способностях волак знал мало, но силы тьмы очевидно превосходят силы света. В этом Конрад был почти уверен.

– Соблазнился чёрной магией, парень? – вытянул его из задумчивости Римариус. – Весьма опасное и довольно гнусное занятие, а со многим, что для тебя важно, и вовсе несовместимо.

– Можно не копаться в моей голове? – мрачно отозвался тот и не стал уточнять, что именно из того, что ему важно, имеет в виду маг. Успеется. Эта тема ещё будет поднята, не с Римариусом, так с Арманом. Но знать об этом никому пока не нужно.

Всё-таки не удалось избежать недоумённых взоров стаи. Сидящая ближе всех Ингрид в своей игривой манере полюбопытствовала:

– А чего это тебя там соблазняет, маньяк?

– Арман уверял, что может сделать меня тёмным магом, – как о чём-то незначительном ответил Конрад, отворачивая голову.

Грегер изучающе осмотрел ему наполовину скрытый волосами профиль и разоблачил:

– Тебе показалось это заманчивым.

– Я не думаю, что это возможно.

– Возможно, – заявил Римариус и умолк, ожидая реакции. Стоило больших усилий сохранить безразличие и каменное лицо.

– Что ж, реально это или нет, – прервал разоблачительное молчание вожак, – для начала нам надо присмотреться к этому тёмному и понять, что нас ждёт с ним дальше. А сейчас решить насущные проблемы, – многообещающим тоном объявил он и хмуро осмотрел членов стаи. – Злейдеры нанесли сильный урон нашим тениумам. На восстановление могут уйти недели, и мы застопоримся в нашем развитии.

– Ой! – подпрыгнул в кресле Рахион и оживлённо заёрзал, осматривая всех.

– Я уж думал, не вспомнишь, – повёл полуседой бровью Римариус.

Шаман встал и принялся копаться под своим громоздким пончо, ища что-то за пазухой.

– Ети ж ты… Во! – Он выудил что-то маленькое, торжественно поднял над головой, хотя из-за его руки не было видно, что там, развернулся и всучил нечто Грегеру. – С пылу с жару, как говорится. Только ночью духи благословили.