Конрад. Путь кобры

Вдруг ужасно надоело стоять перед сидящим вожаком, как провинившийся школьник или слуга перед хозяином. Время службы благородным шишкам прошло, и пресмыкаться он больше ни перед кем не собирался. Хватит!

Больше садиться было некуда, и волак решительно занял место на изножье кровати, сцепил пальцы в замок, мрачно взглянул на вожака и сказал:

– Я поступаю как умею, как сам считаю нужным. И думаю, что имею на это полное право.

Грегер смотрел на него так, что казалось, сейчас сожжёт глазами до пепла. Сжал челюсти и выдал сквозь стиснутые зубы:

– Уйди с моей кровати!

«Вот, значит, как? Не я один постельный собственник, – сообразил Конрад, вскинув бровь.

Но как бы то ни было, сдаваться он был не намерен. Демонстративно осмотрел комнату и парировал:

– Больше мест, куда можно сесть, я здесь не вижу.

– Конрад!

Черты лица вожака стаи опасно обострились, в глазах мерцали враждебные искры.

– Что? – бесстрастно отозвался Конрад.

– Пошёл. Вон. С моей. Кровати.

Грудная клетка наполнилась горячим свинцом, но он продолжал сидеть неподвижно, уперев локти в колени, сцепив пальцы в замок и глядя на вожака из-под лезущих в глаза волос. Раскалённая тишина так и звенела опасностью.

Прошла минута, а может, две. А они всё жгли друг друга глазами, и никто не собирался отступать. И вот, вожаку это надоело.

Без предупреждения он вскочил, как отпружинил, со стула и рванул на подчинённого. Конрад моментально отзеркалил эти действия, дистанция стремительно сокращалась, и он не собирался отступать и поджимать хвост перед этим кайергардцем.

Волаки остановились друг против друга на расстоянии вытянутой руки. Конрад заставил утихнуть свечение из глаз, но лёгкий пламенный оттенок остался, и Грегер неистово осматривал его, соображая, но не решаясь напасть.

– Ты дикарь, Конрад! Наглый дикарь, которому ещё учиться и учиться элементарным понятиям, – отчеканил он с презрением. – Запомни наконец – человеческая жизнь бесценна, и чтобы её прервать, нужна не просто веская причина, а безвыходная ситуация.

– Я сейчас расплачусь! – в тон ему ответил Конрад.

– Убирайся из моей комнаты! Я сказал всё, что хотел.