Конрад. Путь кобры

Радужки и зрачки её глаз изменились, стали излучать лёгкое рыжее свечение, и Конрад заподозрил, что из них на противника смотрит вовсе не Ингрид, а атакующая лиса. И очень быстро в этом убедился.

Киа управляла телом своей хозяйки, двигалась так стремительно и ловко, что порой даже не верилось, что человеческое тело способно такое проворачивать. Вместе с тем Ингрид обрела звериные силы. Она лихо уклонилась от тяжёлых кулаков Грегера, скрутила массивного вожака, как салагу, заломила ему руки за спину так, что он вскрикнул от боли, лицом вниз повалила на пол, запрыгнула сверху и, как ни пытался вырваться самый крупный и сильный член стаи, держала до тех пор, пока он не признал поражение.

Как только это произошло, сияющие лисьи глаза вновь стали человеческими, Ингрид соскочила с Грегера, схватилась ладонями за лицо и заверещала:

– Я тебя отделала! Охренеть! Отделала!!!

Грегер поднялся с пола, болезненно потирая плечо, и отечески улыбнулся. О том, как совсем недавно жестоко наказывал и игнорировал девушку за проступок, никто из них как будто бы и не вспоминал.

– Как достичь такого единения с духом? Научи меня, – тут же потребовал Конрад, пока Ингрид прыгала и визжала от восторга.

Тёплый взгляд Грегера перескользнул с Ингрид на него и стал скептическим.

– Для этого нужно уметь расслабляться и очищать голову от мыслей, то есть достигать уровня медитации. На время обучения слиянию с духом.

– И в чём проблема? – не понял загвоздки Конрад, и Грегер усмехнулся:

– Ну давай попробуем.

Поначалу волак искренне недоумевал, почему Ингрид училась единению с духом больше двух недель. Что сложного в том, чтобы ощутить в себе своего же внутреннего зверя и слиться с ним в одно целое, когда он и так живёт в тебе, как паразит в заражённом организме? Как же сильно он заблуждался!

Расслабиться и ни о чём не думать оказалось просто невозможным. Вообще. Если в голове не строился монолог, так обязательно всплывал какой-то образ или воспоминание.

– Постарайся достичь состояния, как перед сном, – терпеливо наставлял Грегер.

– У меня в голове всё что угодно, но никак не пустота! – начинал выходить из себя от раздражения Конрад. Пока вожак спокойно сидел на стуле в его комнате, сам он то сидел, то лежал на кровати, а теперь пытался расслабиться сидя на полу, опираясь спиной на подушку и затылком на стену.