Конрад. Дух ягуара

Как всегда, ярко накрашенная, коротко стриженная, из выреза декольте чуть ли не вываливаются поддерживаемые корсетом упругие груди.

– Никто не обидел, – поморщился он. – Всё как всегда.

– О-о-о-о! Конрад-Конрад-Конрад, – покачала она головой. – Так дело не пойдёт. Никогда не видела тебя таким расстроенным. Давай поднимем тебе настроение? Не могу видеть, как ты страдаешь! Ты разрываешь мне сердце, милый.

– Я не то чтобы при деньгах, – вяло признался он. Лолита прыснула.

– Когда нас это останавливало? Ничего, сочтёмся.

И они пошли.

Глупо отрицать – своего постоянного клиента Лолита всегда видела насквозь, умела предугадать и его настроение, и скрытые желания. Этот раз не стал исключением, и Конрад смог хоть ненадолго забыть о том, что угнетало вот уже столько времени.

Лолита с обессиленным возгласом упала на подушку и тяжело задышала.

– Проклятье, Конрад, ну ты и зверь! Это не ты мне, а я тебе платить должна.

Страж усмехнулся и промолчал.

Её ладонь устало заскользила по его груди и животу, опустилась ниже, и Лолита издала ещё один изумлённый возглас.

– Зверь! Ты устаёшь когда-нибудь? – риторически выразилась она, опустилась ниже, приняла более удобную позу и со всем своим профессионализмом нежно и игриво стала перебирать пальцами. – Н-ну-с, милый? Расскажи теперь, что стряслось. Не говори только, что у тебя всё хорошо, не нужно отнекиваться. Ты знаешь, я всегда тебе помогу.

Конечно, он мог не отвечать. Лолита не наседала и просто бы продолжила его обслуживать, если бы он промолчал.

Он рассказал Лолите обо всём. О ярости, которую испытывал последние дни, о ежедневной дозе коллективной ненависти, что снабжают его окружающие. Даже о том, как в душе злорадствовал, когда гадкая Линхен истекала кровью, и сожалел, когда лекарь пообещал оттащить её от порога смерти.

Слушала ли его ночная бабочка, вовсю увлечённая своей работой, он не знал. Просто говорил о том, что накопилось. Однако в подробности этой ночи Лолита стала вникать с особым интересом и часто поднимала на клиента то удивлённые, то задумчивые глаза. Но от своих обязанностей старалась не отвлекаться.

Окончание рассказа удачно совпало с завершением её работы, и Конрад наконец-то «устал».