В моей шкуре

Можно оладью? Или помру от голода…

– Нет!

– Ладно… Тогда, что ты хочешь услышать? Я – Андрей Фалев, мне тридцать шесть…

– Уже нет.

– Что?

Виола прошла к плите и включила чайник, затем начала накрывать на стол. Я видел, как у неё дрожали руки в тот момент, когда открывала новую пачку с чаем. Пыталась осмыслить произошедшее… Что ж, дам ей время. Сам в шоке.

– На вид тебе не больше тридцати, может меньше. Погоди. – Сестра скрылась у себя в спальне, а вернулась с бельём и халатом. – Вот, переоденься, а то стоишь сиськами наружу.

Тяжело вздохнув, взял у Виолы одежду и пошёл у себя переодеваться. Но не прошло и минуты, как крикнул сестре:

– Виол!

– Чего ещё?

– Как эта хрень застёгивается?

И секунды не прошло, как Виола вбежала ко мне в спальню, а увидев на мне непонятно как надетый бюстгальтер разразилась громким, я бы даже сказал истерическим, хохотом.

– Ну чего… да, черт возьми, я умею расстёгивать эти вещи, а вот надевать их никогда не помогал! – яростно бросил я и отвернулся в сторону, притопывая ногой.

– Вот же свалилась ты мне на голову, брат-мутант! – ещё посмеиваясь, сказала сестра, затем резким движением развернула меня к зеркалу и натянула лямки на плечи. – Сначала чашки к груди прикладываешь, потом лямки, а застегнуть по инерции сможешь. Потом ещё несколько способов покажу… – она задумалась. – Надеюсь, это временно.

– Значит, ты мне веришь? – улыбнулся широченной улыбкой, отметив белые зубы и заострённые клыки.

– Верю или не верю… Какая разница? Деваться всё равно некуда. Пошли завтракать.

Ника

– Зайду потом, извините, – стыдливо залившись краской, проговорил Артёмка и развернулся к выходу.

Как там бывает во всех этих фильмах, где вдруг объявляется случайный свидетель? Пока я не открыла рот, мой брат будет думать, что видел моего любовника… А если расскажет родителям?

– Стоять! – грозно приказала я, услышав басистый выразительный голос, даже прокашлялась.

Артём сообразительный и очень умный мальчик, и не потому что носит очки, а потому что умеет делать выводы и рассуждает, как взрослый человек. Нашей семье есть кем гордиться, а значит, у меня есть шанс прибегнуть к его помощи.

– Закрой плотно дверь и иди, сядь сюда, – сказала я, подзывая брата к моему мягкому уголку, где я любила отдыхать после тяжёлого рабочего дня, читая журнал или лайкая фотки в «Фотограме».