Потерянная душа. Том 2

– Не хочу ворошить улей. Только все более или менее успокоилось внутри, начала понемногу смиряться. Не хочу омрачать отмеренные дни здесь страхом, тревогой, сомнениями. И не не хочу услышать неопределенный, замысловатый, а еще хуже – полный уверенности, ответ от руководителя Департамента биоэнергетики».

– Может быть,– неопределенно ответила я и отвернулась к окну.

Шаттл ехал недолго, но довольно быстро, из чего сделала вывод, что мы достаточно далеко от центра города в одной из его частей, где мне еще не приходилось бывать.

Дорога медленно поднималась в гору, уклон был совсем небольшой. Но внутри шаттла я не ощутила силу притяжения и не шелохнулась, когда тот вновь выровнялся. Очевидно, работала какая-то система стабилизации.

Мы поднялись на открытую широкую площадку, которая была окружена сочными зелеными зарослями, а над диванными островками висели куполообразные белые палантины. Наш островок стоял на самом краю площадки, и с его открытой стороны можно было наблюдать несколько улиц, находящихся у подножия.

Я чувствовала себя на средиземноморском курорте, только люди здесь отличались незагорелой кожей и отсутствием брюнетов, шатенов или рыжих.

– Очень мило!– похвалила я Марка, присаживаясь за стол и осматриваясь вокруг на предмет «лишних ушей и глаз».

Марк удовлетворенно кивнул и присел напротив. Нетрудно было догадаться, почему он не выбрал место рядом.

Заказ был принят виртуальным официантом. Не заботясь о количестве и своих физических возможностях, я согласилась на все блюда, что назвал Марк, сравнивая их с земными аналогами.

Здесь можно было остаться до следующего утра.

– Ну, здравствуй, Марк,– наконец произнесла я, после нескольких минут молчания, когда мы просто рассматривали друг друга.

– Здравствуй, Кира,– улыбнулся он, расслабленно кладя локоть на спинку дивана.

Он был почти так же хорош, как и Грэйн. В отличной физической форме, держался уверенно и легко. Только у Грэйна красота была такой естественной и легкой, а Марк был больше похож на лицо с обложки эротического журнала: брутальный самец – обольститель.

Но в Эйруке многие выглядели соблазнительно, поэтому сомневаться в моральных качествах каждого второго было неуместно.

– Ты тоже оскорбишься, если я спрошу, сколько тебе лет?– усмехнулась я, непроизвольно накручивая прядь волос из хвоста на указательный палец.

– Я только упомяну, что об этом не стоит спрашивать тэсанийцев,– шутливо посерьезнел Марк.– Мне сто одиннадцать лет.