Белая ворона, или В меня влюблен даже бог

Я заправила его бокал стандартной дозой клофелина – от этого никто не умирал. Сама не нахожу произошедшему объяснений. Понимаете, это произошло случайно. Я не хотела убивать. Это не входило в мои планы. Я лишь хотела уложить его спать и взять немного денег. Мне очень нужны деньги. У меня ведь никого нет, а жить как-то надо. Ну не хочу я жить за чертой бедности. Не хочу! Не на панель же идти. Все-таки способ заработка, который я выбрала, более благородный, хотя я понимаю, что о благородстве тут не может быть и речи.

– Если отдашь мне свою душу, я сделаю тебя очень богатой. Научу зарабатывать большие деньги. Поверь, очень большие. Это тебе не по карманам кошельки тырить и мужикам клофелин в спиртное подсыпать.

Я покраснела как вареный рак. Откуда старик знает, что, выйдя из детского дома, я занималась тем, что воровала кошельки на рынках и в гипермаркетах? Днем шла воровать, как на работу, а вечером оттачивала мастерство на карманах Веркиных брюк или ее сумке.

Пронеслись воспоминания…

– Вера, смотри, как нужно правильно воровать.

– Ань, да пошла ты! Я в жизни подобного не сделаю. Это же сразу статья.

– Поэтому я и хочу стать профессионалом. Здесь важно отточить технику, чтобы она была идеальной. Прежде чем засунуть руку в карман, нужно развернуть ее тыльной стороной ладони и засовывать не всей пятерней, а только четырьмя пальцами. Без какого-либо нажима и ненужных усилий. Все легко и непринужденно.

– Ох, Анька, не доведет тебя до добра такая жизнь, – причитала Верка и закрывала глаза от ужаса.

– Не паникуй. Тут важно все грамотно рассчитать, чтобы остаться незамеченной. Как только кошелек будет у меня, нужно за считанные секунды его опустошить и выкинуть. Если кошелек не скинуть вовремя, можно нажить серьезные проблемы. А скинул – дыши свободно, улик-то нет.

После вечерних упражнений утром я опять шла в места скопления народа и выискивала жертву. Некоторые срывались с крючка, а кое-кто терял бдительность и попадал в расставленную ловушку…

…Вернувшись в действительность, я вновь подумала о том, что старик не может знать про мое воровство.

– Ты так и не ответила на мое предложение. Тюрьма или жизнь, которая будет принадлежать мне?

– Не хочу в тюрьму, – всхлипнула я и еще раз спросила: – Илья Петрович, а может, вы все-таки меня отпустите?

– Ты человека убила и своровала у него золотые часы. О чем ты говоришь?! Еще скажи, что у тебя в сумке нет этих часов.

– Есть.