Загробная любовь

Отчего я не соблюдая дистанции, склонился над девушкой, аккуратно убирая в стороны локоны с ее лица и при этом любуясь ее маленьким носиком не тонкими губами и слегка пухлыми румяными щечками, создающими совместно притягательно привлекательный профиль без изъяна.

Жаркий огонь разливался по моей плоти и уходил в область паха. Пламя сжигало внутренности тела в сладострастном влечении и вынуждало воссоединиться с пламенем копии Карины. Быть для Инны наиболее нежным и ласковым таким, какого не знала еще ни одна женщина.

Мозг засыпал реалистичной постановкой о прикосновениях к обнаженному телу красавицы, о поцелуях с ее нежными губами подобными хрупким лепесткам роз, о слиянии с Инной воедино, в конце концов…

Я коснулся носом щеки отныне плененной меня девицы и зажмурился, подавляя в себе запрещенное вожделение. Нельзя мать его ети!

А после вскочил с постели, сгорая в собственном огне страстных запретов. Я сам себя наказал, когда нарек девушку дочерью. Наказал… Только за что я так с собой?

Но и страсть моя внезапно покорившая не самое страшное! Скоро настанет тот день, когда о тайне узнает отец.

И мысль данная, леденящей жутью сковывала бренное тело и мешала спокойно бывать, наслаждаясь каждым днем с Инной. Будто только с "дочерью" единственной я восполню дни, упущенные после потери Карины.

Радовало лишь одно – Инна со мной! Она жива! Да и день объяснений с Люцифером наступит, но не скоро, не сейчас, успокаивал я сам себя, закрывая за собой дверь. И когда начал спускаться по лестнице заметил в зале…

Вальяжного отца с сигаретой и бокалом горячительного напитка восседающего в кресле, словно на троне.

И чернючие очи его горели властью и хитростью. Он вел себя, будто властелин мира, так он выглядел ? твердо и авторитетно.

А вблизи с ним в другом кресле в полуобороте ко мне… Я проморгался и стряхнул головой, до сих времен пересчитывал ногами, казалось бесконечные ступени. Рядом с отцом сидела Инна. Лишь только довольно репродуктивная, при этом мертвецки белая и стеклянный взор наполненный деспотичностью и аристократией.

Словно императрица при власти и не один год.

Мои ноги внезапно стали подкашиваться, а ступени все никоим образом не кончались. Да и хорошо. Вечно бы спускаться, чтоб не встретиться с ними двумя в такой не подходящий момент, когда я остался застигнутым врасплох.

? О, сынок, ? взлетел с кресла Люцифер и будто подплыл к лестнице, сделав затяжку сигары.

А после выпустил в мою сторону идеально ровненькие кружочки из дыма.