Из стали и пламени

Я видела много поминальных костров, слышала много речей, пропитанных горечью утраты. Но не чувствовала за ними истинной скорби. Может, просто не замечала? Нет, дело в другом. По прошествии траура имена павших стираются из нашей жизни. Вырванные камни из защитной стены заменяют новыми, и праведное дело Ордена ведет нас дальше.

– Хватит сидеть на снегу, Кинара.

Рроак улыбнулся, обошел меня со здорового бока и аккуратно взял на руки. Я испуганно дернулась, попыталась вырваться, уверить, что легко дойду сама, но Рроак лишь усмехнулся мне в волосы.

– Я знаю, что ты сильная; не нужно мне это доказывать. Но хотя бы иногда позволь чувствовать, что я сильнее.

Я вскинула на него удивленный взгляд:

– Зачем тебе это?

– Кто знает, охотница? Может, мне просто нравится смотреть, как меняется выражение твоего лица в такие моменты.

Рроак шел легко. Так, будто я ничего не весила. И почему-то мне нравилось это: чувствовать его силу и свою… слабость?

Мысль испугала.

– А почему ты не обернулся драконом? Гррахара отнесла Молчуна в лапах.

Я старалась держаться бесстрастно. Так, будто его близость не будоражила, не рождала опасные мысли и чувства. Проклятье! Сейчас мне действительно лучше оказаться в когтях у зверя, чем на руках у Рроака.

– Надо же, – протянул он, – охотница рвется к чудовищу в лапы. А мне казалось, полет тебе не понравился.

– Я… – выдавить из себя признание оказалось неожиданно сложно. Пришлось кашлянуть, возвращая голосу твердость. – Я думала, что полечу верхом, а не в лапах.

Рроак засмеялся. Открыто, искренне. Его руки крепче прижали меня к сильному телу.

– Прости, что тогда вспомнил их, – отсмеявшись, произнес он. – Не знал, как еще тебя успокоить.

– Но почему нельзя было пустить на спину?

– Во-первых, драконы – не ездовые животные и почти никого не допускают к себе на загривок.

– Почти?

Зеленые глаза хитро блеснули, однако Рроак не ответил. Вместо этого продолжил:

– А во-вторых, ты бы не удержалась.

– То есть, чтобы удержаться, нужна привычка, которую не выработаешь, потому что вы никого на спину не пускаете? Очень здорово устроились!

Рроак снова рассмеялся. И я против воли залюбовалась.

Боги, до чего же у него приятный смех! И лицо меняется в такие моменты – перестает казаться хмурой маской. Так бы и смотрела… Но нельзя. Нельзя поддаваться этой слабости.