Никому не скажем

В голосе Лики звучит неприкрытая обида. Невольно улыбаюсь и похлопываю ее по руке:

– Сильно я тебя подвела?

– Да ничего. Справимся. Вечеринка намечается – полный отстой. Золотая молодежь гуляет. Этим ребятам вообще плевать на все эти сервировки. Никто и не заметит наших стараний.

– Значит, чаевых тоже можно не ждать? – тяжело вздыхаю я. Деньги мне нужны просто позарез. И чаевые в этом случае – довольно неплохое подспорье. Того инсулина, что выдают бабуле в муниципальной поликлинике, ей с трудом хватает на две недели.

Об остальных лекарствах вообще молчу.

– Ты же знаешь, какие жмоты эти мажоры. Вот если бы их снобизм можно было бы обналичивать… – мечтательно закатывает глаза Лика. – А так – одни понты.

– Ну, что ж. Значит, будем отрабатывать зарплату. Так, где все? – повторяю вопрос.

– Где-где! В автобусе. Одну тебя ждем! Едем уже…

Дорога занимает у нас минут сорок. Выпрыгиваем из микроавтобуса и, стараясь не пялиться по сторонам (мы же чертовы профессионалы!), бредем к дому по подъездной дорожке.

– Ну и хоромы! Как думаешь, кто здесь живет? – тихонько спрашивает у меня одна из девчонок.

– Тот, кто в состоянии оплатить нашу работу, – пожимаю плечами я. Та прыскает в кулак, и мы останавливаемся у крыльца в ожидании, пока Лика согласует с тощей одетой в униформу женщиной, где нам можно будет расположиться.

По желанию заказчика фуршет накрываем на заднем дворе. Сервируем четыре стола с холодными закусками и фруктами. Когда все соберутся, подадим горячее и напитки.

В этом, собственно, и заключается моя работа. Накрыть столы, обслужить гостей, убрать за ними.

– Черт! Ни хрена не успеваю, – ругается в кухне повар.

– Давайте помогу! – вызываюсь я. Юрий Саныч оборачивается ко мне.

– О, Ева! Тебя мне сам бог послал. Справишься с рулетиками?

– Спаржа халапеньо?

– Угу. Давай, девочка. Очень меня выручишь.

Натягиваю шапочку, перчатки и берусь за приготовление рулетиков. Кого угодно Юрий Саныч в жизни бы не подпустил к этому делу.

Но ко мне у него особенное отношение. По его словам, у меня есть поварской дар. Не уверена, что это так, но я действительно люблю готовить. Особенно хорошо у меня выходят торты и пирожные. Не зря же я впахиваю еще и в кондитерской. Будь моя воля, я бы пошла учиться на повара. Но бабуля считает, что я достойна лучшего.

Ага. Лучшего… Как же. Вспоминаю минувшую неделю и невольно хмурю брови.

Нет, я не питаю иллюзий.