Шаукар

– Ну, к этому вопросу мы можем ещё вернуться.

– Так кто убийца?

– Таймас, сосед Мариам, – вздохнул Альфред.

– Это с которым я разговаривал?

– Видимо, да.

– А с какого перепугу?

– Верно ты однако вопрос задаёшь, – усмехнулся Брунен.

– В смысле?

– Без мотива нет состава преступления. Должен быть собственно труп, орудие убийства и мотив.

– А если это псих, то мотива у него нет.

– С психами дело другое. Их и в тюрьму не сажают и не казнят, а запирают в специальном лечебном учреждении.

– Значит, у Таймаса был мотив?

– Был. Мариам ему отказала.

– Дурацкий мотив. Что, сразу убивать?

– Она его унизила, не взяла его деньги. А деньги Улмеса взяла. Вот Таймас и взбесился. И тут эти убийства проституток. Он решил, что можно выдать Мариам за одну из жертв душителя. Вот только Таймас не знал, что тот убийца душил свои жертвы голыми руками, и воспользовался поясом от халата. Должно быть, Таймас подгадывал более удобное время, а тут как раз вы с Элли. Он и решил, что в случае чего на вас подумают.

– Это что же, мы виноваты в смерти Мариам?

– Нет. Я уверен, что Таймас всё равно убил бы её рано или поздно, раз ему это в голову втемяшилось.

– А откуда ты узнал, что Мариам отказала Таймасу? – продолжал задавать вопросы Юрген. – Или просто предположил?

– Владелец кожевенной лавки, что на первом этаже, видел, как Мариам швырнула Таймасу деньги чуть ли не в лицо, – ответил Альфред. – И кричали они тогда громко.

– Тогда какие доказательства искал Элли?

– Во-первых, орудие убийства.

– Какие следы?

– Как если бы она сильно оцарапала кого-то.

– То есть у Таймаса должны быть царапины! – догадался Юрген.

– Именно. Скорее всего, на руках, за которые и цеплялась Мариам, пытаясь освободиться.

– Но даже если после всего этого Таймас не сознается?

– В Нэжвилле есть суд. Судья выслушает сторону обвинения, сторону защиты и сделает вывод.

– Да, это я знаю, – вздохнул Юрген. – У нас это ещё не доработано. В поселениях Шоносара роль судьи выполняет старейшина. На стоянках за этим всегда обращались к самому шоно, если что-то серьёзное. Хотя, поверь мне, народ шёл и по всяким пустяковым поводам, считая, что шоно за них должен всё решать. Так вышло, что в Шаукаре мы пустили это на самотёк. Не было никогда в Шоносаре судебной системы, в этом наша беда.