Птицелов

Но вздумал ты это зря.

– Лукас, я правда здесь ни при чём, – пожал плечами Дерек. – Этот мальчишка всегда участвует в крупных турнирах.

– Зато я в них участвую далеко не всегда! – резко сказал Лукас. – И не всегда сталкиваюсь с подобным противником.

– Подлецами всегда мир полнился. Не пойму, с чего бы тебе…

– Подлецами? – переспросил Лукас и тихо, ласково улыбнулся. Дерек, перехватив эту улыбку, смолк на полуслове. – Дерек, не делай из меня дурака. Ты знаешь, я этого очень не люблю.

– Я в самом деле не пойму…

– Ладно, я тебе объясню.

– То есть? Ударил в спину?

– Не совсем. Но тоже использовал грязный приёмчик. А перед этим сорвал с рукояти меча ленту моей дамы.

– Треклятье Ледоруба! – выругался Дерек. Лукас сухо улыбнулся.

– Не сквернословьте, мессер магистр, патрицианцу это не к лицу. Тем более что я рассказывал тебе об этом. Лет десять назад, но, полагаю, ты не забыл.

– Я действительно не помню, Лукас.

– Почему-то я тебе не верю.

На лице Дерека появилась скучающая отстранённость, а в глазах снова повеяло холодком – как вчера, в галерее, когда Лукас думал о том, до чего же время меняет людей… или, напротив, не меняет вовсе.

– Хотя, честно говоря, это странный жест, – негромко проговорил Дерек. – Сорванная лента… Трудно нанести даме более тяжкое оскорбление.

– Чтобы спасти деревню, надо её уничтожить, – усмехнулся Лукас. – Если обстоятельства толкают тебя на поступок, который большинство сочтёт низким, ты вправе совершить его или не совершить.

– Ты его оправдываешь? – наморщил лоб Дерек.

– Нет. Я объясняю тебе ход его мыслей. Потому что в бытность свою семнадцатилетним щенком рассуждал именно так.

– Хорошо, что теперь ты думаешь иначе.

– С чего ты взял? – Лукас насмешливо изогнул бровь. – Если бы я думал иначе, то никогда бы не побеждал. Побеждают только те, для кого победа важнее всего остального.

– Не припомню, чтобы в молодости тебя тянуло на демагогию.

– Правда? Ну, значит, это приходит с возрастом.

– И тем не менее, – произнёс Дерек, – это всё равно не объясняет, с чего тебе вздумалось подозревать меня в манипуляции.

– Не подозревать, Дерек. Теперь я это просто знаю.

– Я не собираюсь оправдываться.

– Я этого от тебя и не жду.

Между ними снова повисло неприятное, неуютное молчание, которое Лукас отметил ещё вчера.