Игры рядом

Тогда, тысячу лет назад, они спровоцировали войну, в итоге которой были почти полностью уничтожены. Видимо, это и переродилось в миф о заточенном Демоне…

– В миф? – с нервным смешком переспросил я. – Тот щенок достал мне арбалет из листа пергамента. Я так понял, это не слишком выдающееся событие для тамошних обитателей.

Ларс поднял на меня глаза, в них скользнуло замешательство.

– Ты знаешь, в мире полно всякой ерунды, объяснения которой сложно подыскать с помощью разума… Но на самом деле мы просто слишком мало знаем.

Психи твои тюремщики или нет, но они опасны. В первую очередь – для тебя.

– Я думал… – я запнулся и неуверенно проговорил: – Может, мне попробовать найти женщину… второго Проводника?

– Зачем?

Я хотел ответить, потом понял, что отвечать в общем-то нечего. Просто та женщина, Миранда, не выходила у меня из головы… Я совсем не помнил ее лица, но волосы и развороченная грудная клетка намертво засели в памяти. И я сомневаюсь, что когда-нибудь смогу их забыть.

– Даже не думай, – твердо сказал Ларс.

 – Просто заведи себе пару глаз на затылке.

– У меня там уже и так две, – усмехнулся я.

– Еще одна не помешает. Ну и что дальше? – Хороший вопрос. Если бы я знал.

– Значит, вот что мы сделаем, – решительно проговорил Ларс. – За ближайшие три дня я улажу свои дела. Пока отдохни, приведи себя в порядок. Ты похож на беглого каторжника. Потом поедешь со мной.

– Куда? – спросил я, чувствуя странное, болезненное возбуждение.

– К Саймеку, – ответил Ларс.

ГЛАВА 8

Громкий визгливый скрип – словно вывеска старой харчевни раскачивается на годами не смазываемых петлях.

Злость, усталость, недоумение. Опять? Зачем? Он уже выполнил свою задачи. Он думал, ему можно снова умереть. Злость, усталость, недоумение. И верность. И неумение задавать вопросы.

– Прости… Нам пришлось снова потревожить тебя. Ты чувствуешь? Да? Чувствуешь?

Железные ладони упираются в могильно-холодный камень неудобного ложа. Не сон, не начало пробуждения, не краткий миг между забытьем и бодрствованием – но и не явь.

Никогда это не было явью.

– Теперь будь более осторожен. Он ждет тебя. Знает, что ты придешь за ним. Возможно, он будет не один. Только смотри не покалечь его! Подойди к этому… творчески.

Насмешка в голосе – над кем? И осознана ли она? Голос, вырвавший его из сна и швырнувший в неявь, тих и вкрадчив, как шипение гадюки.

Негромко, словно про себя:

– Джевген побаивается тебя… Зря… Ты ведь не такой, как она.