Игры рядом

– Почему Юстас не с вами? – спросил я.

– А что ему с нами делать? Сам знаешь, какой из него солдат. А шпионы нам больше не нужны. Ну, не такие, во всяком случае. У нас всё равно не получается нападать так неожиданно, как это делали арбалетчики…

– Почему же он здесь торчит? – подозрительно поинтересовался я. Тот факт, что сразу четверо моих прежних соратников оказались в захолустье, больше не бывшем местом расположения штаб-квартиры, не казался мне простым совпадением.

К моему удивлению, Ларс сплюнул.

– Не спрашивай, – с отвращением сказал он.

 – Я ехал сюда по делу, вроде бы десяток ребят не прочь присоединиться к нам… Грей напросился со мной, хотя и на месте полно работы. Знал бы ты, как он меня достал за эти полтора года. Иногда мне кажется, что его проще прирезать.

– Паулина? – понял я.

– Она всегда была бездушной сучкой, – мрачно констатировал Ларс и залпом осушил стакан. Я покосился на свой эль, с сомнением отхлебнул, поморщился:

– Ну а при чем тут Юстас?

– Не догадываешься? Кому как не нашей сладкоголосой птичке быть вестником романтических чувств?

– Так они контактируют через пего?

– Скажи проще: Грей пишет слезливые письма, Юстас исправляет в них ошибки и отдает Паулине.

А потом приносит ее зареванные ответы. Ей-богу, убил бы обоих… всех троих.

Я усмехнулся. Ларс не отличался особой чувствительностью. Женщины его любили, он же испытывал к ним почти физическое отвращение. Никогда я не встречал человека, с таким выражением лица выходившего из будуара любовницы.

Словно он в дерьмо наступил, честное слово.

– Ну, а ты-то где был? – вдруг тихо спросил Ларс. Улыбка сбежала с моих губ. Я вздохнул, чувствуя, что теперь не смогу отделаться отговоркой. Да мне и не хотелось.

Я рассказал ему всё, что помнил или думал, что помню – начиная резней, устроенной Ржавым Рыцарем, и заканчивая моим побегом. Ларс слушал молча, не кивая, не переспрашивая. Он всегда так слушал, и уже в который раз это меня коробило.

– Похоже на бред сумасшедшего, знаю, – сказал я, закончив.

 – Может, это и правда бред… Мой или тех людей. Но это ведь ничего не меняет, правда?

Ларс приложился к стакану. Я с удивлением заметил, что его бутылка почти пуста. Странно, рассказывая, я не видел, чтобы он пил.

– Эван, – наконец сказал он, и я похолодел от его тона, – ты крупно влип.

– Да, я понял, – с трудом усмехнулся я.

– Они не оставят тебя в покое. Я когда-то слышал об этой секте… Одна из самых древних и в свое время влиятельных.