Я тебя (не) прощу

Бегло посмотрев, вернула Виктору, а он, убрав в сумку, сразу поинтересовался:

– Что скажете?

Я посмотрела на него в задумчивости, правда, думала о своем.

– Сколько вы мне заплатите?

Виктор назвал сумму, я мысленно присвистнула, сама бы запросила раза в два меньше. Но не в деньгах тут дело, хотя сумма, безусловно, прятная.

– Половину вперед, вторую половину по возвращении, – сказала в итоге. – Идет?

Виктор бросил взгляд на Андрея, тот пожал плечами. Выбора у них все равно нет.

– Беру два дня на подготовку, – продолжила я, – поход продолжительный, нужно быть экипированным по полной.

Виктор кивал, Светлана смотрела на меня, не сводя глаз. Кажется, я перестала быть в их глазах шлюхой, но радости это не прибавило. Теперь они смотрели настороженно.

Следующие два дня я не работала: было время собраться и договориться об отпуске. Утром на третий день мы встретились у дверей гостиницы.

– Лес начинается почти сразу за городом, – рассказала я по дороге, – доедем до его начала, оттуда пешком. Идти по моим расчетам около недели – это время вместе с ночевками.

Они только кивали, ничего не говоря. По глазам видела: идея идти в лес с девчонкой не казалась им удачной. Впрочем, осуждать их за это не могу. Еще раз улыбнувшись, я предложила перейти на ты, получив наконец в ответ хоть какие-то слова.

Перед тем как пуститься в долгий путь, я решила заскочить к Степе, благо крюк был небольшой, и ребята не знают, куда нам нужно двигаться. Степа встретил меня так, словно ждал. Может, и правда, ждал, как знать. Оглядев моих спутников, увел к себе и спросил:

– Уверена?

Я только хмыкнула.

– Не ты ли меня на это дело подбивал?

Степан вздохнул.

– Ребята мутные. Темненький вроде нормальный, но ведь пацан совсем.

– Он, между прочим, старше меня.

– И что? Это не возрастом определяется, а… – тут он махнул рукой.

– Я тоже так думаю.

– То есть идешь просто так? – Я пожала плечами. – Воспоминания такая штука… Иногда лучше, если их нет.

– Без тебя знаю, – я хлопнула его по плечу, – все будет хорошо.

Степа кивнул и обнял меня.

– У меня странные предчувствия, – сказал, отпуская, – что мы с тобой больше не увидимся.

– Не каркай, Степа, я начинаю волноваться.