Принцип иллюзии

Он записал их в книжку и передал потомку, тот тоже научился и тоже передал. Ну вы поняли. Вечно в семьях приживаются совершенно бесполезные традиции.

Но мамуля раскопала легенду о паре иллюзионистов, получивших известность во второй половине девятнадцатого века. Девушку звали Верена, имя парня малость затерялось во времени. Эта парочка якобы была известна на всю Европу. Фамилия Франк в истории не фигурировала, но мама, что называется, уверовала в новую истину и возжелала свою единственную ночь назвать Вереной.

Отец не стал спорить, на тот момент они уже жили во Франции: после развала советского союза папуля умудрился свалить за границу и хорошо устроиться. Маму тянуло в Германию, но судьба указала на Париж. Впрочем, несостоявшаяся баронесса Франк горевала недолго.

Я родилась уже там, и была названа Вереной в честь мифической фокусницы, которой никогда не существовало. Мамуля, ставшая в итоге большой любительницей Франции, тем не менее ревностно следила за тем, чтобы я знала русский язык и помнила о своих корнях.

Я так прониклась, что, окончив парижскую школу, поехала получать высшее образование в Россию.

Мысль, что без оконченного вуза я никуда не устроюсь, меня не тревожила. В наше время академическое образование вообще не играет никакой роли. Мне было интересно пожить в стране, которая была родиной моих родителей и о которой я слышала не меньше, чем о совсем благородном происхождении.

Окончив факультет иностранных языков Санкт-петербургского государственного университета, я отправилась погостить к родителям.

Францию незаметно сменила Вена, потом Испания, Португалия, Италия, Черногория и Сербия. Я моталась по миру три года, зарабатывая фокусами и другими мелкими талантами, пока не встретила в Белграде Пашку. Мы сошлись на фоне профессии, быстро подружились, и меня вновь потянуло на историческую родину.

Так я оказалась в провинциальном городе, где собственно проживал сам Пашка, и поняла, что хочу какое-то время отдохнуть от кочевого образа жизни.

Зависать здесь я не собиралась, но в итоге прошло уже четыре месяца, а я все ещё тут.

Поначалу Пашка рассчитывал привлечь меня к своему бизнесу, но я сразу отказалась. Уличное искусство – это все же искусство, а выступать по несколько раз в неделю на свадьбах было выше моих сил.

Папуля от большой любви к непутёвой дочери слал мне денег на жизнь, а ещё я подрабатывала, рисуя на набережной.