Нарисуй мне любовь

Сейчас я этому даже была рада, нет нужды смотреть в глаза и делать блаженный вид. Постанывала, хотя не особенно возбудилась и мыслями была далеко. А когда все закончилось, и Андрей ушёл в ванную, я почувствовала странное омерзение к себе. Все произошедшее показалось отвратительным.

– Так, – протянула тихо, – завязывай с этим, Алиса. Добром такие мысли не кончатся.

Точно. У меня есть Андрей, спокойная сытая жизнь и хорошие перспективы. Закончим на этом.

Следующий день начался отлично, придав настроения и надежд на будущее.

Родные Гарри подписали нужные бумаги, курьер вернулся с ними в обед, а Шавров дал согласие встретиться в четыре у мастерской, чтобы отобрать картины по утверждённому списку.

Сняв листок, опечатывающий дверь, Шавров открыл её, и мы прошли внутрь. Квартира выглядела удивительно безжизненной, словно вместе с Гарри она в один день обветшала, стала неуютной, холодной. Мы прошли в мастерскую, и я замерла с открытым ртом: она была пуста. Ни одной картины, только на полу несколько чистых холстов, а на стене… я закрыла глаза, выдыхая, благо, Шавров этого не видел.

На стене висел мой портрет. Я была изображена по пояс абсолютно обнаженной, распущенные волосы частично прикрывали грудь. То, что это рисунок Гарри, сомнений не вызывало. И когда успел только? Лучше бы думала, что теперь делать, тем более Шавров протянул:

– Очень интересно. Что скажете, Алиса Александровна?

– Ничего, – процедила я. Мужчина, окинув меня взглядом, вернулся к портрету.

– С чего бы ему рисовать вас в таком виде?

– Откуда я знаю? Он художник, придумал себе что-то и нарисовал. Я ему никогда не позировала.

Первые слова правды, блин, а толку от неё?

– Я так понимаю, кто-то унёс все картины, а эту оставил специально для нас? – заметил он, достав перчатки, надел и стал аккуратно снимать портрет. Кто-то… Я, кажется, даже догадываюсь, кто именно. Мстительная стерва, решила меня подставить. – Не знаете, кто? – Шавров, свернув мой портрет в трубочку, смотрел с интересом.

– Понятия не имею.

– Ясно, – он вроде бы согласился, но я видела: не поверил. – Что ж, раз дел для вас нет, предлагаю покинуть квартиру.

Распрощавшись с Шавровым у подъезда, я, наплевав на работу, отправилась в сторону центра. Настроение было ни к черту, но сдаваться я не собиралась. Все это устроила Николаева, я уверена, у неё, наверняка, есть ключи от мастерской, с ней говорили, женщина знала, что я туда поеду отбирать картины.