Мой ангел-хранитель. Мы не одни…

– Одну минуту – внезапно бросил он и выбежал из гостиной.

Я поняла одну извечную истину того, что я ни хрена не понимаю. Вот вам и вышла за хлебушком. Нет бы дома сидеть, никуда этом магазин бы не делся и так после Нового года жратвы куча осталось, благо его праздновали у меня. Так нет же, Кола закончилась, а как же я без Колы. Выберусь из этого дерьма ни капли больше не выпью.

Послышался какой то грохот, звук битого стекла, кошачий визг и какое-то ругательство на непонятном мне языке. Следом появился библиотекарь весь обсыпанный какой то серой мукой.

– Мышка, зараза, на меня урну скинула! – возмущенно пропыхтел он отряхиваясь как собака – я когда-нибудь ее придушу!

Я попыталась улыбнуться, не получилось. Костиель вообще казалось окаменел. Все его внимание было приковано к большущей книге, которую держал в руках Салеонт. Тот победно улыбнувшись бухнул ее об стол. Книга действительно заслуживала внимания. Нигде и никогда раньше, я не видела такого букинистического шедевра, а чего, чего, книги я люблю.

– Что это? – настороженно спросила я, по умерев свое восхищение.

– Фолиант – блаженно ответил Салеонт – первый и единственный экземпляр.

– Где ты его достал? – оживился ангел.

Салеон бросил на него настороженный взгляд, но затем вновь вернулся к книге.

– Где взял, там уже нет – ответил он – ты имеешь, что-то против?

Костиель внимательно посмотрел на библиотекаря, тот тоже не отставал. Прошла минута, другая и мне это начало доставать. Я осторожно дотронулась до краешка книги и меня словно током ударило. Внимание тут же переключилось на меня и их странное выражение лица, заставило меня пожалеть о сделанном.

– Значит так, да? – задумчиво проговорил библиотекарь и сев на свое место пододвинул к себе фолиант, бросая на меня настороженные взгляды.

Я отвечала тем же массируя еще не пришедшие в себя, после удара током, пальцы.

Салеонт открыл книгу. Ничего необычного не произошло. Книга как книга. Только написана рунами, кажется. Ну или еще какими там знаками. Я в мертвых языках не разбираюсь… Постой! А почему я решила, что это мертвый язык? Я облокотилась на стол и попыталась, что-нибудь рассмотреть в испещренных красным, страницах.