Мой ангел-хранитель. Мы не одни…

От неожиданности я зашаталась и чуть не упала, вовремя зацепившись за стоявшую рядом вешалку. С нее тут же посыпались какие-то тряпки и шляпы.

– Ты уже достал! – взорвалась я выдергивая многострадальную конечность и кидая в «ангела» чьим-то пиджаком. Хозяин оного смотрел на меня со смесью ужаса и удивления, казалось только сейчас по настоящему обратив на меня внимание. Я же была зла и зла настолько, что готова была взорваться. Мозг наконец допетрил, что, что-то здесь не так, но что именно уже было плевать мне, поэтому я не сразу сообразила почему стало так свободно.

– Может чаю? – подал голос старик.

Мы одновременно на него посмотрели, от чего тот скукожился и неуверенно улыбнулся.

Через минут пятнадцать мы сидели в небольшой гостиной, а мистер Салеонт разливал чай по кружкам.

– Извините за беспорядок – щебетал старик – ко мне не часто такие гости приходят.

– Да ничего – автоматически проговорила я наблюдая, как Костиель кладет в маленькую чашку седьмую ложку сахара.

Салеонт поставил чайник на место и присел. Выглядел он лет на пятьдесят, пятьдесят пять. Абсолютно седая голова, маленькая редкая бородка, загорелая кожа и светло голубые глаза придавали ему сходство со стареющим Шоном Конери. Одет он был в желтые шорты и гавайскую футболку, что абсолютно не сочеталась с его внешностью.

– Чем могу быть полезен? – спросил он.

Костиель бросил на меня взгляд и я рефлекторно отшатнулась чуть не упав со стула.

– Я сама – поспешно проговорила я, подозревая, что излишняя ретивость этого ангела и мое, нормальное в этой ситуации, тугодумие, оставит меня вообще без ступни, дабы лучше изучить рисунок.

Все еще недовольно косясь на мужчину я подвернула брючину и стянула носок. Две пары глаз уставились на мою ногу.

– Интересно – проговорил Салеонт – очень интересно.

Он так близко приблизился к моей ногу, что я буквально чувствовала идущий от его лица тепло. Казалось он ее еще и не зуб попробует.

– Эй! – воскликнула я отдергивая ногу, которую этот старикашка лизнул.

Салеонт не обратил на меня внимание. Он медленно встал задумчиво подергивая свою бородку. Мы не спускали с него глаз, я недоверчивых, Костиель настороженных.