Маша и мажор

– Маша! Какими судьбами?

– Да вот, мимо проходила. Дай, думаю, поблагодарю друга, что сдал мой адрес двум мужикам бандитского вида.

Виталик мнется, окончательно убеждая меня в своей вине.

– Ты извини, Маш, – бубнит он, глядя в сторону. – Они так налетели вчера, чашку разбили… Я сам не понял, как им рассказал.

– Ах, чашку? – Меня трясет от злости, когда я вспоминаю лезвие ножа в нескольких сантиметрах от своего лица и изрезанную сумку.

Что бы со мной было, если бы соседка со второго этажа не вздумала вывести свою овчарку?

– Ты не говорила, что у тебя проблемы, – бормочет он в свое оправдание.

Парень отворачивается к кофемашине и берет оттуда чашку капучино.

– Это тебе, Маш.

– Да пошел ты, Виталик!

Развернувшись, я выбегаю из кафе, и меня еще долго преследует аромат капучино. Хоть Виталик и предатель, кофе у него отменный.

Возвращаюсь домой я уже под вечер. С опаской оглядываюсь, подходя к подъезду – не видать ли коллекторов? Но, похоже, они в светлое время людей не пугают.

Уже расслабившись, я вытаскиваю ключи, когда сзади доносится резкий мужской голос:

– Маша!

Вздрогнув, я оборачиваюсь и не верю глазам.

– Как ты меня нашел?!

Передо мной стоит чертовски злой Дэн.

МАЖОР

– Как ты меня нашел?! – ахает Маша.

А я сверлю ее взбешенным взглядом и мечтаю придушить. Из-за нее мне пришлось тащиться на лекции и весь день выслушивать расспросы сокурсников из-за разрыва с Доминикой.

Да я Доминику никогда столько не ждал, сколько жду эту официантку из задрипанного кафе! И все ради того, чтобы сделать с ней селфи в ресторане и не лишиться кредитной карты.

Она по-прежнему испуганно пялится на меня в ожидании ответа.

– Я тебе такси вызывал, помнишь? Твой адрес сохранился в заказах, – я улыбаюсь. Я сама доброта, тогда как в душе бушует ярость.

Ну почему из всех девушек, живущих в Москве, отец навязал мне именно ее? Да она мне даже не нравится!

Ответ: потому что я сам приволок ее к нам в дом. Идиот. И обижаться могу только на себя.

– И что тебе нужно? – Она смотрит по-прежнему настороженно, как будто совсем не рада мне.