Я тебя отвоюю у всех

Но самое ужасное было не в этом…

Стыдно было признаться, но при всей неоднозначности ситуации она подсознательно сама ждала этих взглядов. Боялась их – и всё-таки ждала. Сходила с ума от того, что творит, и в то же время испытывала какое-то смутное удовольствие, смешанное со щемящим чувством вины. Она стала проводить намного больше времени перед зеркалом, колдуя над причёской и макияжем, и тщательнее, чем обычно, продумывала гардероб. А ещё ей казалось, что Костя всё про неё прекрасно понимает… Чувствует свою необъяснимую власть над ней, знает, что при его виде у неё всегда сбивается дыхание и частит пульс – и упивается этим знанием, исполненный самодовольства.

Она не могла поделиться тем, что с ней творилось, ни с одной живой душой. Не с мужем же откровенничать! И даже не с Ликой Солнцевой… они, конечно, здорово сблизились с ней в последнее время, но всё же не до такой степени, чтобы Галинка вываливала на неё откровения о том, как странно волнует её один из участников шоу.

Однажды во время репетиции номера, в котором старшеклассник признавался в любви учительнице, вышла небольшая заминка.

Роль учительницы исполняла Галинка, но она не должна была сейчас петь – просто стояла, изображая удивление и шок. В роли незадачливого ухажёра выступал Женя, студент Гнесинского училища, типичный парень-ботан, умненький, скромный и застенчивый как девочка. Пел он прекрасно, но всё-таки его голосу не хватало какой-то изюминки, чтобы стать по-настоящему узнаваемым. Его исполнению не хватало того огня, благодаря которому разжигается зрительский интерес.

– Не так, не так, Женя, – приглашённый педагог по актёрскому мастерству огорчённо покачал головой. – Я не верю, что ты действительно влюблён! И публика тебе не поверит. Когда ты смотришь на Галю, у тебя глаза должны гореть! Вот так, – и, встав в позу, преподаватель полыхнул в сторону Галинки страстным взглядом. – Ну-ка, изобрази мне нечто похожее! Ведь когда и влюбляться, как не в семнадцать-восемнадцать лет!

Женя попытался скопировать взгляд педагога.

– Жалкая китайская подделка, – захихикал кто-то из ребят, и парнишка, заслышав это, смутился и растерялся ещё больше.

– Неужели я прошу невозможного? – расстроился препод. – Вы молодые, горячие, пылкие… Это действительно так трудно – показать настоящую юношескую влюблённость?

– Ни капельки не трудно, – раздался расслабленный, даже чуть ленивый голос Кости.