Ведьма

Тебе страшно было находиться там, и не потому, что ты увидела могилу друга. Так ведь? Знаю, тяжело быть откровенной. Но я не смогу помочь, если не буду понимать, что с тобой.

– Не помню, чтобы просила тебя идти на кладбище! – в ответ воскликнула я. – Почему ты вообще решила, что сможешь помочь мне?

– Я пошла за тобой, потому что уже не в первый раз вижу, как ты меняешься на глазах. Словно вместо тебя появляется другой человек, которому все равно на свою жизнь.

– Это не так, мне не все равно, – сказала я уже спокойнее.

– И что же мертвец хотел тебе сообщить? – удивленно спросила Зоря.

– Не знаю, – сказала я, чувствуя, что если мы с Зоряной сейчас поругаемся, помощи будет ждать не от кого. – Зоря, я уже говорила тебе, что всего рассказать не могу. Просто поверь, я не хочу впутывать тебя в это дело, потому что назад дороги не будет. Ты зря пошла за мной. Это место, – я указала рукой на кладбище, – губит людей, высасывает из них жизнь, заставляет играть в жестокие игры, запутывает.

Я решила, что говорю как Стас. Он также умолял меня не идти на погост, но было поздно. И, похоже, я только распалила интерес подруги. Ее вопрос прозвучал слишком спокойно:

– Иначе я умру?

– Смерть – это не самое страшное, что может случиться.

– И что, по-твоему, хуже смерти? – спросила Зоряна.

– Господи, где ты взялась на мою голову! – взмолилась я. – Хорошо, я расскажу тебе все, но мне нужно немного времени. Через неделю выпускной, и у нас будет что обсудить. Договорились?

Зоряна победоносно улыбнулась и кивнула.

– Если тебе нужна будет помощь, – сказала она, – обязательно звони. Я приду в любой момент.

На том мы и договорились. И, наконец, разошлись. На этот раз я решила не испытывать судьбу и пошла домой. Оставалась ровно неделя, чтобы приблизиться к пониманию, какую загадку на этот раз подкинула мне судьба.

***

На следующий день я точно знала, куда мне стоит идти в первую очередь. Еще вчера, вернувшись с кладбища, я достала из тайника записку и науз, попавшие ко мне в День влюбленных. Науз был не простым подарком, а посланием, которое могли отправить только два человека – Виктор или Стас. Судьба обоих уже была более или менее известна, хотя в последнее время я сомневалась в том, что план Олимпиады сработал.