Сибил

Ума знала, что это привезли продукты: мясо, овощи и фрукты.

Единственное, чего никогда не было во дворце – это молока. Ургана на дух не переносила ни само молоко, ни молочные продукты. Когда-то она даже хотела запретить людям вообще держать коров и коз, но Кер, когда она высказала своё предложение, неожиданно нахмурился.

– Не сходи с ума! Давно себе нервишки не щекотала? Хочешь бунта?

– Это ещё почему? – не поняла Правительница.

– Да потому, что люди в Городе дохнуть начнут. С голодухи, понимаешь? А то ты не знаешь, что у многих корова или коза – это единственное, что кормит целые семьи!

– Но… – хотела было возразить Ургана, но на этот раз Кер был неумолим.

– Да, я понимаю – однажды ты уже расправилась со всеми непокорными, даже целый род ноев истребила, а уж они-то были умны и почитаемы всеми. Но ты не пожелала видеть их рядом с собой, знала о том, что они провидцы и лекари, что люди могут прислушаться к ним, а если чего, то и вовсе пойти за ними…

Он резко замолчал, потом развернулся и довольно грубо заявил Ургане:

– Только это не значит, что если ты терпеть не можешь молоко, то и все должны от него отказаться! Не перегибай палку! Уяснила, о чем я?

Что-то было во взгляде Кера такое, что Ургана подумала совсем немного… и согласно кивнула.

И вот теперь, прислушавшись к доносившимся с заднего двора звукам, Ума скользнула за угол. Так и есть – кухарка и ее помощница принимают привезенные продукты. Небольшие ворота, через которые проехала повозка, были открыты.

Через пару минут Ума уже быстро шагала по извилистой улочке прочь от дворца. Утро, несмотря на поднимавшееся солнце, оказалось прохладным, и девочка зябко поежилась. Неожиданно в горле появился комок, а глаза защипало от слез. "И почему все так? Почему я должна не спать по ночам, мерзнуть тут, на улице? Зачем мать так приблизила ко мне того, кого я никогда в жизни не хотела бы больше увидеть?!"

Слезы обиды все-таки прорвались наружу, губы Умы задрожали, и она горько всхлипнула.

29

Оказалось, что Ума врезалась в женщину, которая буквально только что шагнула на улицу из одного дома.