Джаханнам, или До встречи в Аду

– Гоблин четыре года отучился в нефтехимическом институте, и все, что он оттуда усвоил, это что если стрелять ниже уровня жидкости, ничего не взорвется. Своеобразное применение образования, не находишь?

– Но зачем он стрелял?

– Чтобы забрать бензин. Его люди потом воткнули в дырки шланги и наполнили два бензовоза. С завода несли все и всё. Директор впал в полный маразм. К нему приходили чехи, тыкали автоматом в висок и говорили: подпиши нам две тысячи тонн отгрузки. И он подписывал. Потом приходили другие бандиты, тыкали автоматом в рот и говорили: подпиши нам три тысячи тонн отгрузки.

И он подписывал. Потом оказывалось, что свободных только тысяча тонн, и начиналась стрельба. По людям и резервуарам. Рабочие воровали банками, Халид – бензовозами, директор – составами. Потом он перестал воровать составами, потому что воровать было больше нечего.

– Ну и что?

– Мы собрали контрольный пакет. Стали менять директора. Директор побежал к ментам. Послушать его, так именно мы были виноваты в том, что на завод не поставляется нефть… конечно, мы были виноваты! Завод нам задолжал четыреста тысяч тонн топлива! Ни один коммерсант не хотел поставлять нефть на завод, если получившийся бензин выкачивают через дырки от автоматных очередей!

Молодой американец молчал, ожидая продолжения.

Суриков нетвердой рукой влил в себя еще водки.

– И вот тут Милетич сделал то, чего он никогда не должен был делать. Он обратился за помощью к чеченам.

– Они помогли?

– Они-то помогли. А потом с нас и спросили.

За помощь. Вот тогда и появились…. Суриков с губернатором.

– А Милетич?

– У Милетича украли дочку.

– Кто?

– Чехи. Халид. Они считали, что он их кинул.

– А он?

– Он жадный был. Сказал: «У меня денег нет за дочку платить».

Суриков помолчал.

– Я ему собрал деньги. Пять миллионов долларов. Он их взял и не вернулся.

– И куда он делся?

– Не знаю. Он совсем запутался. Он всем был должен, он просто взял деньги и сбежал.

– Деньги на выкуп дочери?!

– Ага.

– А дочка?

– Дочке было восемь лет, – сказал Суриков, – вот такие вещи люди делают из-за денег.

Суриков снова запрокинул в рот водку. Сопки на берегу уходили к небу, и звезды были как осколки разобранной на запчасти луны. Карневич сидел совершенно потрясенный.

– Рыдник и губернатор спасли меня от чеченов, – сказал Суриков. – Иначе зверьки спросили бы с меня то, что не отдал им Данила. Я им должен, понимаешь, я им должен все. Завод. Жизнь. Собственность.