Проделки Амура

– Было бы, конечно, лучше, если бы мы смогли достать бабки и прорваться в «Оракул», – размечталась Таня.

– Не перегибай палку, – одернула Люа, – в этом клубе крутой фейс-онтроль, в наших нарядах с рына туда точно не пустят. На всякий случай, можешь, конечно, спросить денег у матери. Но тогда уж проси не только на вход, но и на новые шмотки, поняла? Вот, кстати, она идет…

И Люка радостно завопила, бросась навстречу учительнице химии, а по совместительству Таниной маме:

– Здрасте, Ольга Ивановна! Вы к нам сейчас, да?

– Привет, привет.

– Мам, мы не против, но нам надо денег, – сразу пошла в атаку Таня.

– В смысле?

– В смысле, на дискотеку, – зачаститла Люка, – только она дорогая, но нам очень нужна туда попасть, иначе Таня совсем загнется.

Богдашова возмущенно пихнула подругу в бок.

– Стало быть, опять Куприянов, – вздохнула между тем Ольга Ивановна, которая в общих чертах была посвящена в любовную трагедию дочери и совсем не одобряла выбора Татьяны.

– Мам, он тут вовсе не причем! И если ты будешь грубо вмешиваться в мою личную жизнь, – драматически заламывая руки, начала Таня, но Ольга Ивановна притянула ее к себе и крепо обняла:

– Денег я тебе, конечно, дам и вмешиваться не буду. Только ты сама прекрасно знаешь, что наших с папой доходов едва ли хватит, чтобы поразить Лешино воображение.

– Ладно, Тань, – встряла Люка, – пошли в «Верхушку», и все дела. Ты же сама говорила про принцев в метро.

Татьяна не хотела, чтобы вдруг. Она мечтала сразить Куприянова наповал, а для этого надо было точно рассчитать время и выбрать подходящее место. Увы, раз этот план неосуществим, значит, снова придется положиться только на удачу.

– Окей, – Таня независимо шмыгнула носом и выбралась из маминых объятий, – будем колбаситься среди простого люда. Мам, гони лавэ.

– Чего, чего? – искренне не поняла Ольга Ивановна.

Люа перевела на нормальный человеческий язык просьбу подруги, и, посмеиваясь, все втроем направились в кабинет химии.

* * *

Вечером Таня сидела в своей комнате и пыталась соорудить из непослушных волос хотя бы подобие прически. Но легкие пряди разлетались в разные стороны, не желая подчиняться ни расческе, ни лаку.