Море волнуется – раз

– Правильно, – одобрил Артем, – тебе тоже отдых не помешает.

Последние трое суток они с Никой провели в завалах. И еще неизвестно, кто больше потрудился, вытаскивая на свет Божий незадачливых лыжников в Красной Поляне.

– Я бы тебе памятник поставил, – сказал он, зевая. – Чес слово, поставил бы!

Ника пренебрежительно потрясла вихрастой башкой. Памятник – это перебор. Ей вполне было достаточно того ведра с шашлыками, что выставил Еремеич, как только они оказались дома. Ника шашлыки обожала и лук тоже трескала за милую душу, а после обеда становилась похожей на папуаску – вся в репчатых кольцах.

– И медаль бы тебе выдать, – все бубнил сердито и сонно Артем, – или сразу несколько, чего мелочиться! Вот чуть разгребем дела, свожу тебя на выставку. Чес слово, свожу!

– Гав-гав, – не поверила Ника.

Он обещал это после каждой трудной работы. А другой и не было.

Только Артем улегся, только Ника устроилась поперек его коленок, свесив голову и подметая бороденкой пол, как затрезвонил мобильный.

– Меня нет дома, – пробурчал хозяин, но это была ложь, а Ника врать не любила.

Вразвалочку она добрела до стула и с видом утомленного труженика притащила к кровати комбинезон, в кармане которого надрывался сотовый.

– Да ну тебя, – обиделся Артем, но телефон достал.

Ника удовлетворенно плюхнулась на задницу и повела ухом.

– Слушаю, – сказал Артем, отвернувшись от нее в притворной досаде.

Но Ника важно взобралась на кровать и пихнула его в бок чубатым лбом.

Это я слушаю, всем видом давала понять она, а ты спишь на ходу!

И то правда. Не слышит он ни хрена, и глаза опять-таки прямо слипаются, и зевать уже устал. В трубке что-то трещало и позвякивало – то ли уши ему заложило от усталости, то ли помехи на линии. Все-таки от берега они прилично отошли.

– Алле, – пробился наконец далекий голос, – алле, Темыч!

– Здорово, Семен. Че случилось?

Сразу – «че случилось»?! И еще на собаку удивляется! Сам говорить по-человечески не умеет! Тут друг звонит, сто лет не виделись, а он – «че случилось?!»

– Эдик женится! Ты слышишь, Темыч? Наш Эдик женится!

Их было четверо – закадычных еще со школьных времен.

Артем – хмурый переросток-каланча, молчун и зануда.