Северное море

Однако, Юлий всё равно оставался для меня загадкой: что-то он умалчивал, личные темы в целом мало затрагивались, иногда его реакции на какие-то вещи оказывались неоднозначными. Но он мне нравился. Очень. Как человек, как личность.

– У твоих татуировок есть значение? – спросила я, когда мы дошли до Каменной горы и повернули обратно.

– Да, – парень достал сигарету, огонь зажигалки осветил его лицо.

– Расскажешь?

– Театральные маски символизируют умение примерять на себя разные роли, чтобы выживать в человеческом обществе.

– Оу, невесело… А я думала, они отражают твою любовь к театру, – я улыбнулась, но Юлий остался серьезным и никак не отреагировал на мою реплику. – А остальные что значат?

В кюветах квакали лягушки и стрекотали сверчки, где-то на поле кричала птица. Развеяв темноту светом фар, мимо пронеслась машина.

– Там сложный личный смысл, не хотелось бы сейчас обсуждать это.

Полностью открываться он явно не хотел. Настаивать я не стала.

– Хорошо.

Повисла тишина, каждый был погружен в свои мысли.

Я засмотрелась на звезды, которых становилось всё больше на темно-синем небе, а потом перевела взгляд на Юлия: черные волосы лежали небрежно, но это не выглядело неопрятно, напротив, смотрелось очень эстетично. Ярко выраженные скулы добавляли безупречно красивому лицу мужественности, некой брутальности, при этом подчеркивая самобытную изящность молодого человека.

– Что такое? – спросил он, не переводя на меня взгляд, устремленный на горизонт.

– А? – я пришла в себя и тут же отвернулась.

– Ты относительно долго и внимательно смотрела на меня.

– Да просто задумалась…

Я снова смутилась. Неловко вышло.

– Ты любишь Рому?

Юлий меня ошарашил. Почему он вообще вспомнил о нем?

– С чего такой вопрос? – нахмурив брови, спросила я после небольшой паузы, потребовавшейся для осознания внезапно заданного странного вопроса.

– Размышлял над одной темой, и вот подумал, – равнодушно отозвался он.

– Ну да, наверно… – растерянно произнесла я.

– Ты не поняла. Я знаю, что ты к нему неровно дышишь, но что это? Симпатия, влюбленность или любовь? В списке должна быть еще страсть, но вряд ли ответ такой.

– Я не знаю, это сложно. То есть, это точно не просто симпатия. Мне кажется, это что-то между влюбленностью и любовью… Ближе к влюбленности.

– Вот как, – Юлий медленно кивнул. – А чем, на твой взгляд, одно отличается от другого? – спросил он, убрав прядь волос со лба.