Северное море

Мы поговорили книгах, оказалось, Юлий большой фанат моего любимого американского автора, одно из его произведений перечитал уже трижды.

– Не назову его самую-самую работу, сложно выделить что-то одно, – заявил парень. – Очень многие нравятся.

– А я больше всего люблю про девочку, заблудившуюся в лесу, и ту, где нужно было идти по дороге и не останавливаться, иначе умрешь, – сказала я.

– Про прогулку – классная, согласен, а вот про девочку не читал, надо это исправить.

Затем мы переключились на одну из моих любимейших книг – на «Всадника без головы».

– И чем она тебе так нравится? – спросил Юлий, глянув на меня.

Прозвучит глупо, но меня удивил тот факт, что его изумрудные глаза не светятся в темноте. Их слишком насыщенный цвет не давал покоя, постоянно казалось, что это линзы.

– Там есть всё, что я люблю, – восторженно начала рассказывать я, – там и красивая история запретной любви, и элементы детектива, и напряженные моменты, и мустанги, и противный Кассий Колхаун, и моя самая первая сильнейшая любовь Морис Джеральд… – Приподнятые брови и ухмылка парня заставили меня прерваться.

– Нет-нет, всё так. Просто у тебя так интересно глаза блестят, когда рассказываешь о чем-то, что любишь. И сразу эмоции такие яркие становятся, как у ребенка, – ответил он.

Смутившись, я потупила взгляд и решила сменить тему. Как реагировать на подобные фразы? Ладно глаза, но насчет ребенка – это комплимент или насмешка? Непонятно.

В процессе разговора выяснилось, что у нас совпали нелюбимый и любимый антагонисты, а еще Юлий пытался понять, чем меня так привлекают клоуны-убийцы, но я и сама не до конца это понимала.

С темы книг мы ушли в обсуждения людей и человеческих взаимоотношений, а потом заговорили о рок-группах, тут вкусы тоже частично совпали.

Юлий действительно оказался крайне приятным и интересным собеседником, диалог шел так плавно, словно мы были женаты одиннадцать лет.

Парень каждый раз коротко смеялся, когда я излишне эмоционально восклицала: «ой, да, я тоже это читала!», «да-да, мне тоже нравится этот фильм!» или «да-а-а-а, и не говори, я точно также тогда подумала!». А я не могла поверить, что на полном серьезе считала этого человека кем-то плохим и странным.