Война совести

– Старая тряпка… Возможно, использовали как полотенце, – разложив на столе рушник, стал перечислять Боря. – Рисунок… Хм… – Он наклонился, не глядя выдвинул из стола ящик, взял лупу и стал рассматривать витиеватый узор вдоль кромки. – Ручная работа. Скорее конец восемнадцатого, начало девятнадцатого… Хотя нет, судя по всему, позже. Льняная.

– Что скажешь? – сгорая от нетерпения, спросил Хвастун.

– Зосима и Савватий вторую часть ее хранят, – прошептал про себя Боря и поднял на него взгляд: – А что ты хочешь от меня услышать? – Он пожал плечами.

– Ты можешь сказать, что там написано? – Хвастун показал взглядом на рушник.

– Надпись сделана на старославянском. – Боря вновь стал рассматривать буквы через лупу. – Причем часть текста зашифрована, но этот способ сокрытия смысла мне известен. Любой студент разгадает…

– Все хотел тебя спросить, откуда ты все знаешь? – прищурился Хвастун.

– Ну, допустим, не все, а ровно столько, сколько положено знать кандидату исторических наук…

– Чего? – ошарашенный известием, недоверчиво протянул Хвастун.

Пришла очередь удивляться Боре:

– Обидеть меня хочешь?

– Да нет, – спохватился Хвастун, вдруг проникнувшись уважением к этому ботанику. – Просто не верится, как у людей судьбы могут меняться.

– Не говори, – вновь начав изучать рисунки, согласился Боря. – До восемьдесят девятого я читал лекции, ездил со студентами на раскопки…

– А потом?

– Потом, на раскопках под Астраханью, пропала часть ценностей… Получил два года… – Он вздохнул.

– Дела-а… – протянул Хвастун.

– В общем, как я понял, это часть какой-то карты, которая указывает… – Он наклонился ниже: – «Где добро хранится, у злодеев отобранное царским указом».

– А какое добро, не написано? – стараясь не выдать своего волнения, спросил Хвастун.

– Нет, – пожал плечами Боря.

– Ну а что Зосим с этим сватом? – Хвастун подался вперед.

– Зосима и Савватий вторую часть ее хранят, – повторил Боря.

– И где мне их искать? – расстроился Хвастун.

– Это соловецкие чудотворцы, – едва заметно улыбнулся Боря. – Умерли оба давно.

– Так что, вторая часть в могилах? – попытался угадать Хвастун.

– Не знаю, – признался Боря. – Возможно. Хотя, – вскинул он на него взгляд, – они канонизированы.

– И что? – часто заморгал Хвастун.

– Значит, на иконах есть, – пояснил Боря.