Грешник

За Ильей Кравченко, – кивнула на холодильник, с которого так и не сняла наши общие фото. Денис проследил за моим взглядом, и побледнел. То ли от гнева, то ли… черт, не пойму я его. – Денис, я оплачу ремонт. И клининг вызову. Просто уходи, прошу тебя.

– Илья, значит. За него замуж вышла, – сузил он глаза, и пнул мокрый плед так, что во все стороны брызги полетели. – Не смущает, что твой муж девушку изнасиловать пытался? Или деньги не пахнут? А я еще удивлялся, почему ты все еще живешь в этой квартире до сих пор.

Я рассеянно кивнула, продолжив уборку.

Эту квартиру я сначала снимала, а затем, после замужества Илья купил ее. Я так привыкла здесь жить, и мне не хотелось переезжать к нему. Вроде, тот же дом, но Ильи в квартире даже стены неуютные. Теперь живем здесь, а его квартиру сдаем.

Наверное, мне придется съехать после развода. Драться за имущество я не стану, я ведь, по сути, ничего не вложила. Только шторы купила на премиальные, и пару комплектов постельного белья.

– Так и будешь молчать, Саша?

– А что мне на это ответить? – я монотонно выжимала плед над ведром, а руки уже начало скручивать от холодной воды. – Ты и на суде врал, и сейчас. Называешь Илью насильником, а ведь это ты, Денис! Может, хватит уже?

– Вот именно, может, хватит уже? Продалась, так и скажи! – эти слова парень прорычал.

Поясница начала ныть, и я выпрямилась. И глаза округлила: Денис и сам поверил в свою невиновность! Иначе зачем ему придуриваться?!

– То есть, Алису ты изнасиловать не пытался? И Диму тоже не ты убил? – переспросила, и поморщилась от раздражения, перед которым даже страх померк.

– Илюша, твою мать? Илюша? – крикнул он зло. – Идиотка! Верь во что хочешь, или делай вид. Деньги ведь – главное, да.

Думала, парень уйдет, вспылив, но он остался. И раз в десять быстрее меня продолжил избавлять мои полы от потопа. Двигался резко, яростно, тугие мышцы перекатывались под футболкой. Не будь Дениса в моей квартире, я бы уже давно вызвала клининг: руки нестерпимо ломит от холода, но я упрямо продолжила отжимать тряпки и пледы, не показывая, что жутко больно.

Чтобы не спровоцировать.

– Не мешай.