За долги отдам тебя

– Я все знаю! – говорит он хмуро, и я с облегчением выдыхаю – уж брат меня всегда понимал! – Костян мне все рассказал. Ну он и идиот!

Правду говорят, что близнецы – половинки одного целого, вот и мне повезло.

– Мы как-нибудь выкрутимся, – через силу отвечаю я. – А Костя… он пьян был, вот и предложил мне пойти к Алану… черт, я же говорила, что не нужно было нам возвращаться!

Не сдерживаюсь, кричу зло – снова Алан отбирает у меня все! Деньги – это хорошо, но мне, по сути, на них плевать. Если бы только они не достались Алану…

– Не истери, – строго приказывает брат.

– Не понимаю, – отрезаю я.

Отказываюсь понимать!

– Да брось ты строить из себя невесть что! О других подумай, а не только о себе, как привыкла, – Саша произносит это ровно и безэмоционально, но слова бьют наотмашь – хлестко и больно. – Алан – мстительная тварь и, если предпочел тебя состоянию – он поиграть захотел. Не получит тебя – развалит все, что годами создавалось! Мы все по миру пойдем, люди останутся без работы…

– Ты останешься без работы, – перебиваю я брата, в упор глядя на него.

– Да, – кивает он. – Я потеряю кресло. А с твоей дочерью что будет? Хочешь для нее той же нищеты, из которой мы вылезли? И три месяца с Аланом – небольшая цена!

Никакой поддержки – я ошиблась.

Но так ли он неправ?

– С приездом, – отец обнимает меня, привычно потрепав по щеке, и проходит в дом.

Мужу моему он уделяет куда больше внимания, чем мне и Алисе, которая обиженно дуется на такой прием.

Пора признать, что любит отец только моего брата. И то, не как отдельную личность, а как продолжение самого себя.

– Проходите завтракать, – зову я, входя в привычную роль радушной хозяйки большого дома.

Сажусь напротив хмурого мужа, всем видом показывающего свое ко мне отношение, и злость снова пробирает меня – нашел крайнюю! Брат тоже не слишком рад моему обществу, и что-то шепчет отцу на ухо.

Кажется, я знаю, что именно. Слишком выразительные взгляды папа бросает на меня.

– Анна Степановна, уведите Алису, – прошу я няню.

– Но мама! – обиженно восклицает дочь, и я щелкаю ее по носу.

– Иди, детка. Анна Михайловна тебя накормит, вы чудесно проведете время.

Няня уводит мою малышку, и я жду – когда же грянет гром? К еде не притрагиваюсь, аппетита нет, да и с минуты на минуту начнется…

– Значит так, – голос отца прерывает мои мысли.