Твоя жестокая любовь

– Почему ты так категорична?

– А ты вспомни, сколько раз в месяц наши газеты и новостные паблики вспоминают про Евгения и Влада Гарай? – обернулась к подруге и иронично приподняла бровь. – Сколько наших в люди выбилось: мои «папа» и «брат», и олимпийская чемпионка Евсеева – вот и все наше достояние. Надоело уже читать про них. И про возвращение их в родные стены писали не единожды, но…

Развела руками и замолчала.

– Я бы на твоем месте проверила. Если Влад вернулся, и если деньги на открытие филиала у него есть, то и на лечение матери он найдет средства, – упрямо сказала Катя на прощание.

– Скорее, я получу пинок под зад, – сказала я сама себе, так как дверь в Катькину квартиру уже закрылась.

Иду, привычно перепрыгивая лужи, и ловлю иногда осуждающие, иногда равнодушные взгляды окружающих. Так странно, что незнакомые, по сути, люди могут неодобрительно качать головами, если им не нравится твоя походка, или манера себя вести. Неужели их жизни настолько скучны, что легче всего осуждать девушку, которая торопится к матери в больницу?!

– Можно к ней?

Герман Викторович что-то писал в бумагах, и не думал обращать на меня никакого внимания.

В мое никто не торопился входить – никто, кроме мамы.

– Герман Викторович, можно мне к маме? – повторила вопрос.

– Ты уже навещала ее сегодня. К чему мешать пациентке? Ты не поможешь ей, девочка, лучше займись своей жизнью.

– Еще нет семи вечера, так что я пойду, – сказала решительно, и направилась было к двери в палату, но была остановлена.

– Ей хуже стало. Намного. И тебе нужно готовиться к самому плохому сценарию, – врач, наконец, обратил на меня взгляд, который бьет в самое сердце ледяными стрелами усталого сочувствия и жалости. – Почки отказывают, диализ не помогает. О печени и сердце вообще говорить не стоит… она не выкарабкается. Это агония, просто она затянулась.

Это жестокий удар, невыносимо болезненный.

Остановилась. Замерла, как вкопанная, пожалуй, лишь сейчас осознав: я теряю ее. Теряю единственного человека, который любил меня, а не делал вид, что заботится. Теряю свою маму, которая упустила свое здоровье, заботясь обо мне – вечно болевшей в детстве и юности.

Теряю маму из-за нехватки денег – простых бумажек, на которых помешалось все человечество!

– Вероника, я хочу дать тебе добрый совет…

– Вера.