Он не отпустит

– Мне разонравился «Спартак». Кто вообще его зимой ставит? Обычно «Щелкунчик», а тут «Спартак» – отозвалась Женя.

Я пожала плечами, и прибавила напор воды.

Одним камнем на душе меньше – не люблю ссориться с близкими.

Я вышла из душа, и поняла, что забыла фен. Вот дьявол!

– Сушись сначала ты, – Женя протянула свой. – А то простынешь еще.

– Спасибо, – я взяла фен, и принялась сушиться, а затем вернула его Жене, и пыталась пригладить волосы.

Они у меня, как и у мамы, прямые, блестящие, но если их не уложить – я превращаюсь в одуванчик.

А ведь Игнат совсем скоро заедет за мной, и мы поедем в кафе вместе с его друзьями.

Ладно, хоть накрашусь, чтобы выглядеть прилично.

– Так где ты поселилась?

– С мужчиной, Жень. У него дома.

– Ого! И кто он? Один из премьеров? Хореограф? Антрепренер? – с жадным любопытством начала выпытывать подруга, параллельно рисуя себе стрелки.

– Он не из балетных.

– Покажи фотку!

– У меня их нет, – растерялась я.

Упущение. Нужно сфотографироваться с Игнатом, и на заставку экрана поставить.

И вообще, почему это у меня нет его фотографий?!

– Тогда не верю. Стопроцентно, живешь с седовласым старцем-продюсером, – хихикнула Женя.

– Он точно не седовласый старец.

– Так познакомь! Или не простила меня?

Мы вышли в коридор, и я задумалась – знакомить, или нет? Игнат сегодня знакомит меня с друзьями, а у меня только Женя есть, и Вера. Но Вера не в Петербурге. А Женя…

– Мы едем в ресторан, – я остановила подругу у выхода, и проверила телефон.

Игнат уже подъехал. – С его друзьями. Жень, я могу взять тебя с тобой, но давай без намеков на постельные приключения, ладно? Это не наши ровесники, это взрослые мужчины, и могут подумать лишнее. Таких шуток они не одобрят.

– Я умею себя вести, – оскорбилась Женя. – Буду паинькой. Это с тобой я могу пошутить, а с посторонними, ясен фиг, нет. И в скатерть тоже сморкаться, так и быть, не стану.

– Спасибо, – рассмеялась я, и мы вышли на улицу.

Снова дождь, черт вы его побрал. И, вдобавок, промозглый ветер.

А еще я забыла, что у Игната за машина. Хоть бы просигналил мне, что ли.

Вместо этого Игнат вышел из машины, и пошел нам с Женей навстречу.

– Опять без зонта, – покачал он головой, и раскрыл его надо мной и подругой. Склонился, и прижался к моим губам.

– Привет, – прошептала я, оторвавшись от него.

С трудом.

– Привет, – улыбнулся он мне. Пропустил прядь волос между пальцев. – Ты такая пушистая.

– Сильно плохо?

– Красиво.