Волчья ягода

Она старательно улыбнулась, но дрогнувшее дыхание не позволило отыграть роль до конца, и Мира сдалась, прикусила дрожащую губу.

– Ванька, послушай… мне придётся уйти, – выдавила она из себя признание, и мальчишка оттолкнул её руку.

– Ты не можешь уйти! – вскрикнул он.

Мира, пытаясь сдержать слёзы, прикрыла глаза, но ничего не вышло и горячую влагу всё равно пришлось смахивать с ресниц дрожащими пальцами.

– Я дала слово, понимаешь?..

– Ты обещала, что не бросишь меня! – сжал он кулачки.

– Обещала… Но сегодня всё изменилось, – Мира упрямо вскинула голову и больше не боялась посмотреть мальчишке в глаза.

– Но ведь не убили! Не убили, Мира! Вот он я! Здесь, с тобой…

Ванька метнулся к ней и принялся цепляться за ледяные ладошки. Мира не сбрасывала захват, но и сил ответить на мольбу во взгляде не хватило. Это было бы нечестно!

– Я что-нибудь придумаю, я обещаю тебе! – горячо заверила она, как только Ванька вскинул голову.

– Давай сбежим, – не обращая внимания на заверения, предложил он. – Сбежим, и тебя никто никогда не найдёт!

Мира откатала рукав изношенной куртки, чтобы продемонстрировать браслет. Не просто украшение. Ванька понял это сразу. И то, как браслет впивается в кожу, заметил, и то, как Мира поморщилась, снова натягивая рукав.

– Он убьёт меня, – напряжённо сглотнув, прошептала она.

Ванька совершенно по-детски скривился, но бессмысленным слезам предпочёл громкий возмущённый возглас:

– Зачем ты вообще пошла к нему?!

– Потому что не нашла часы, – потерянно пробормотала Мира, и Ванька зло рассмеялся.

– И что, он дал тебе часы?! – выдал мальчишка так, что заскрежетал зубами.

– Нет, деньги. Много. А я дала слово, что больше… – пытаясь подобрать слова, Мира прогнала из горла противный ком. – Дала слово, что больше не заставлю волноваться! – твёрдо и уверенно заявила она.

– Мира, а я? А что будет со мной?

– Я что-нибудь придумаю, – Мира запнулась, но собрала волю в кулак. – Обещаю, – улыбнулась она и привычно потянула руку к его волосам, но Ванька оттолкнул её ладошку, отвернулся.

– Ты предательница! – сверкнули его глаза, а у Миры болезненно сжалось сердце.