Цена свободы – любовь

Поговори, чтобы и тебе, и мне спокойно было. Не хочу обижать тебя, дорогой, но я за своих селян в ответе. Если кто из твоих женщину нашу обидит, кровными врагами стать придётся.

– Я поговорю. – Слетело с губ легко, словно и не обещание вовсе.

– Или тебя заинтересовал кто? Так, ты скажи, сам сватов зашлю! – Понимающе потянул хозяин.

Понятно, что провожатый, выслуживаясь, не упустил и секунды, проведённой наедине с дорогим гостем. Доложил и о странной заминке на базаре. Командир криво улыбнулся и чуть рассеянно кивнул.

Отвечать не стал. Сам толком не понимал, что происходит и чего именно хочется. Почему внутри разливается пусть и сладкое, но какое-то истощающее томление.

– Что хотел от тебя этот абрек?

Недобро сощурившись, Илья Головин стиснул зубы. Местных он недолюбливал. Местных он опасался. Всегда. Возможно, именно оттого не раз уходил от верной расправы. Он был старшим в их группе. Илюхе перевалило за сорок, но парень оставался самым молодым, озорным, весёлым. Саша ценил его именно за это.

За такую необходимую лёгкость в общении, смешанную с животным чутьём. Сейчас он смотрел на зама с непонятной для остальных задумчивостью, и отвечать на вопрос не торопился. Спустя минуту только улыбнулся, при этом, практически не изменившись в лице. Губы расползлись в стороны, а в глазах всё тот же туман отстранённости и пустоты.

– Не стоит бросаться подобными словами. – Проговорил полушёпотом. – Всё же мы на чужой территории.

Подтолкнув товарища к навесу со спальниками, Саша шумно выдохнул, запрокидывая голову.

– Славный хозяин местных гор сегодня устроит для нас праздник. Вино, мясо, музыка. Будем считать, что миротворческая акция удалась на славу. Люди нам благодарны. Почему бы не отплатить им тем же?

– Да есть у меня пару лимонок, чтобы их отблагодарить. – Оскалился кто-то в тени навеса, но получил в ответ колючий угрожающий взгляд и дальше только помалкивал.

– Я говорю не о благодарности, а об уважении.

– Бойся данайцев, дары приносящих. – Хмыкнул Головин, но спорить с решением командира не стал.

В какой-то степени он был прав. В какой-то степени… Командир устало прикрыл глаза и принялся растирать их напряжёнными пальцами. Недолгое молчание породило некое примирение.

– И что там с праздником? – Подал голос один из бойцов. Пришлось откликнуться.

– Я попросил, чтобы пришли все. Будут женщины. Ваша задача сделать вид, что вы их не замечаете. Не глазеть, не заводить беседы. – Резко чеканил слова.