Роман на мою голову

Может, я все-таки и по адресу? Только однозначно не то, на что я рассчитывала. Мне бы приехать, устроиться в гостиничном номере, принять душ, а потом пойти на пляж, но никак не вот это все. Ожидание затянулось на полчаса, пока тетя Люба не появилась из-за угла, успев переодеться в сарафан, напоминавший оперение попугая, и не спросила:

– Что, бронь не прошла?

– Ага, – обреченно кивнула я, все еще не понимая, какой помощи ждать.

– Поехали тогда.

Куда и зачем ехать, я не знала, да и после быстрых сборов, ночи в дороге со странными попутчиками еще очень плохо соображала.

– Как звать-то тебя?

– Вика, – ответила я, положив чемодан в багажник ярко-желтой машины, которая наверняка была старше меня.

– Я тетя Люба, – ответила уборщица и ловко запрыгнула в такой, казалось бы, маленький салон.

– А куда мы едем? Только на органы и в рабство не сдавайте.

Моя осторожность тоже, видимо, растаяла на солнце. Я хотела только вытянуть ноги и хоть немного полежать. А завтра ближайшим же поездом ехать домой и накормить Катьку слабительным, чтобы она прочувствовала все мои муки на себе.

– У меня дом большой, – усмехнулась тетя Люба, надавив на газ. – А живу я одна, вот и сдаю иногда. В сезон-то спрос большой. Тебя ж ко мне Милка отправила?

– У девушки было на бейдже написано «Людмила», – вспомнила я.

– Ну да, она, Милка же. Она недалеко от меня живет, вот и суетится по-соседски, помогает.

Мы свернули к какому-то поселку, и я немного смутилась. Да, море недалеко, тетя Люба вроде и помочь хочет, но не то, совсем не то…

Я, видимо, слишком печально вздохнула, и это не ускользнуло от внимания женщины.

– Да у меня сейчас только один парнишка живет, не переживай, – попыталась она меня подбодрить.

– А по стоимости как?

– Да точно дешевле, чем в гостинице.

Может, все-таки попросить тетю Любу подбросить меня до вокзала? Яблоня и плетеное кресло лучше неизвестности. Хотя море… Оно так близко, и я не могу уехать – прямо каждую мышцу сводит, как подумаю, что могу прямо сейчас окунуться.

– У меня обратный билет через две недели, – зачем-то сказала я.