Роман на мою голову

Не то чтобы я пыталась сунуть нос в пристройку, но ни звука оттуда не доносилось, зато уже пришла тетя Люба и громко спросила:

– Вика, яичницу хоть пожарить можешь, а то я сегодня что-то вообще без сил?

Я как раз вернулась из бани, где училась управляться с ведрами и тазиками. Оказалось, ничего в принципе сложного, и отпуск снова заиграл яркими красками.

– Могу и блинчики, – кивнула я, когда тетя Люба снова начала крутить свою самокрутку.

– Ничего не имею против блинчиков, – пришел Ромочка и, пока я не успела возразить, добавил: – Зато я могу заварить лучший кофе в твоей жизни.

И сказано же было таким тоном, будто предложение вечного блаженства. Но перед тетей Любой острить в сторону Ромочки не хотелось – хозяйка все-таки его знает дольше, да и прониклась его обворожительностью.

– Буду благодарна, – улыбнулась я старательно искренне.

Толкаться пятыми точками с Ромочкой возле плиты не было желания, поэтому я заняла место у столешницы, пока тетя Люба мне показывала, где мука, масло, посуда.

Молоко-то с яйцами наверняка в холодильнике. Я кивала, старательно не замечая, как Ромочка, видимо, не только место у плиты решил занять. То локтем меня заденет, потянувшись за туркой, то грудью к моему плечу прижмется, потянувшись за пачкой кофе.

Ни черта! На скандал он не нарвется, пусть даже не пробует.

Тетя Люба ушла, оставив нас с удивительно нехамоватым утром соседом наедине. Но это он, скорее всего, только в присутствии хозяйки такой лапочка.

Тьфу, да какой из него лапочка?

Я замешивала тесто, сунув в уши наушники, и, судя по всему, начала неосознанно пританцовывать.

И тут чья-то рука – нет, так-то понятно чья – опустилась на мой зад. Я вооружилась ложкой, которой мешала тесто, и по инерции, развернувшись, заехала Ромочке в лоб, оставив след от теста.

– Офигела? – прошипел мой сосед, но это я только по губам прочитала.

Достав наушники, я с сожалением прикинула, что мы потеряли один блин, и спросила:

– Ты меня лапал, что ли?

– Я хотел тебя позвать кофе пить, – взял Ромочка полотенце, вроде даже обидевшись.

– И поэтому надо было тронуть меня за… Жозефину Павловну?

– Я хотел за поясницу, но ты так вертела Жозефиной Павловной, что у меня рука соскользнула.

Так я и поверила!

Но Ромочку пришлось простить, потому что кофе у него действительно получился отменный. Я даже зажмурилась, когда сделала первый глоток. Крепкий, кажется, с перцем и еще какой-то специей. Возможно, кардамоном.