Любовники

И ещё Жан Маре… Правда, Дина не могла бы с полной определённостью ответить на вопрос: любит ли она Д’Артаньяна, доблестного мушкетёра, или артиста, исполняющего его роль? Как бы то ни было, в них обоих – и в Д’Артаньяне, и в Жане Маре – Дина ощущала то самое главное, чего неосознанно ждёт от мужчины любая женщина: благородство и силу, способные защитить от любых напастей. Обязательно ли благородство и внутренняя сила сочетаются с внешней красотой, Дина тоже пока не знала.

Дина была стройной девушкой, чуть выше среднего роста, с правильной осанкой и неторопливой походкой уверенной в каждом своём шаге особы. Следить за осанкой и походкой её приучила с самого детства мама. Впрочем, как и всему остальному, что составляло Динину незаурядную индивидуальность: хорошим манерам, постоянному уходу за собой, тщательному подбору гардероба, а позже и макияжа.

– Пусть ты и не красавица, – говорила мама, – но лицо, волосы и ногти должны быть всегда ухоженными.

– Пусть у тебя будет немного вещей, – продолжала она, – но эти вещи должны быть добротными.

– И никогда, – говорила ещё мама, – никогда не гонись за модой, лучше найди свой стиль и будь ему верна, а уважение к моде можно прекрасно продемонстрировать аксессуарами.

Откуда провинциальная, с восемью классами образования, женщина взяла эти совершенно несоветские понятия, Дина представления не имела.

Одевалась Дина с маминой помощью. Та шила или перешивала из своих вещей всё, что было необходимо по её мнению столичной студентке.

А это: строгий костюм, несколько блузок, несколько юбок и непременное вечернее платье. Только верхняя одежда и обувь покупались в магазине. Ну и ещё бельё, конечно. На эти вещи мама самоотверженно собирала деньги из своей скромной зарплаты, часто отказывая себе самой в какой-нибудь приятной мелочи.

– Доченька, – говорила мама, когда Дина пыталась отговорить её от новой покупки, – Диночка, я уже себя зарекомендовала, а тебе нужно утверждаться: встречают-то всё же по одёжке! – И смеялась своим чистым детским смехом.

Но, при столь невысокой оценке своих внешних данных Дина не считала себя хуже других.