Тихий омут

Я абсолютно не устала. Но чем скорее я усну, тем скорее проснусь и смогу уйти из лазарета.

Потому я погасила свет и решила испытать удачу. После пятьдесят седьмой овцы я все еще чувствовала себя как морская свинка на кофеине. Мои мысли постоянно меняли направление. Что имел в виду Тристан, говоря, что он таким образом спасал мне жизнь? И почему мне никак не хватало духа рассказать об этом Люциану? Всё так легко объяснялось. Тристан как-то мной манипулировал. Но с какой целью? Разве он не должен был любой ценой пытаться освободить Танатоса? И зная, что он не мертв…

Я раздраженно застонала в подушку и постаралась распределить свои проблемы по приоритетности.

То, что за мной охотились ведьмы, было печально, но это, честно говоря, не новость. Гораздо больше меня волновало, что Люциан и мои друзья однажды будут вынуждены выбирать между мной и привычной жизнью. Допущу ли я, чтобы все зашло настолько далеко? Если Плеяда больше не будет получать печати от Лиги, то им будет нечем сражаться ни с праймусами-изменниками, ни с ведьмами.

Это заметно склонит чашу весов… и не в сторону человечества. С Люцианом все было еще сложнее. Его сердце принадлежало Лиге. В биологическом смысле. Если он выступит против них, они не будут откладывать дело в долгий ящик, сожгут сердце и тем самым уничтожат Люциана. Такого я допустить не могла…

– Даже не думай об этом!

Я моментально села и выпрямилась на кровати. Меня так захватили размышления, что я не заметила, как пришел Люциан. Сейчас я ясно ощущала его энергетический след.

Дождь, лето и море.

– Что ты здесь делаешь? – задала я ему вопрос сквозь темноту комнаты. Матрас подо мной прогнулся, когда на него сел Люциан.

– Собственно, я собирался украсть поцелуй на ночь, но со смесью сомнения, решимости и грусти, которые витают в воздухе, это было бы грубым вмешательством.

«Ох». Я совсем забыла о своих стенах. Обстоятельство, которое я незамедлительно исправила.

– Я не об этом! Как ты сюда попал, что не сработала сигнализация?! Я думала, тут всё магически запечатано.

– Через дверь.

Я закатила глаза. А если Люциан в темноте вдруг этого не заметил, я ткнула в том направлении, где он предположительно должен был быть. В него я не попала, потому что он перехватил мою руку. Наши пальцы тут же переплелись, словно не умели ничего, кроме этого.

– Если я изображаю человека и веду себя как человек, печати на меня не реагируют.

– А камеры?

Он засмеялся и придвинулся ко мне.