Сезон расплаты

Лиззи. Ребекка. Кэтрин. Дениел. Руки дрожат, когда я останавливаюсь на его номере телефона. Нет, я не могу ему позвонить. Может быть, у него вообще другой номер, как и у всех остальных. Лиз, она была мне ближе всех, хоть я никому никогда об этом не говорила. Она всегда строила из себя редкостную суку, но это чтобы не упасть в моих глазах и глазах всей школы, на самом деле я знала ее настоящую, без всех этих масок. Кэтрин та еще сука, это ее жизненное кредо. На самом деле, она должна была быть предводителем нашей  школьной группировки, но так получилось, что им стала я.

Возьми, возьми трубку, Лиз. Нет, нет, не бери.

– Алло.

Боже, Господи. Почему так трясет? Это всего лишь Элизабет Кингстон.

– Лу? Это ты что ли? – Ее голос настороженный и тихий. Она не рассчитывала меня услышать.

– Лиз.

– Ты меня напугала. Ты где?

– Дома.

– Дома? То есть дома?

– Да.

– Господи, ты что вернулась?

– Угу.

– И..и что планируешь делать? В смысле..

– Давай встретимся.

– Это плохая идея, Лу.

– Что? Почему?

– Я рассталась с Тайлером, и только помирилась с родителями и если они узнают, что я..

– Встречалась со мной. – Продолжаю я, понимая суть разговора, и то, почему она шепчет и разговаривает так, словно кто-то держит пистолет у ее виска. – Все понятно. Поэтому ты не брала от меня трубку.

– Лу. – Слышу, как тяжело вздыхает.

– Ты три года не отвечала на мои звонки. – Я звонила, я звонила ей каждую неделю на протяжении трех лет, но потом это все показалось мне абсурдом.

Тишина.

– Все понятно.

Я хочу повесить трубку, но Элизабет меня останавливает.

– Я встречусь с тобой. Черт, конечно, я встречусь с тобой. Сегодня в десять приходи в «Еллоу Бич» там будет тусовка, Никсоны выступают сегодня.

– Кто?

– А. Не важно.

– Хорошо, в десять буду там.

– До встречи.

Кладу трубку первой.

Это был один из самых тяжелых разговоров за последние годы. Чувствую себя отвратительно. Интересно, как остальные? Знают ли они, что я вернулась? Позвонит ли им сейчас Лизи и расскажет? Рано или поздно мне придется с ними встретиться, мы вроде как были друзьями, хотя за пять лет я не слышала от них ни звука.