Солнечный луч. По ту сторону мечты

Однако никто не спешил ее тушить, только Орсун сделала шаг ближе.

Шаманка распрямилась и протянула руку в мою сторону. Поняв, чего от меня ждут, я поднесла матери хот и било, как называлась короткая палка. Ашит отдала мне лампу, и я снова отошла, не зная, что делать дальше. Но мама на меня внимания уже не обращала. Она подняла над головой хот и пошла по кругу, следуя за язычком пламени на полу. Бум… Бум… Уже привычные глухие удары понеслись по дому. Я прикрыла глаза и медленно выдохнула, слушая звук хота. Мне вдруг подумалось, что если я смогу, как и в ночь спасения Танияра, войти в обряд, то увижу Белого Духа.

Удивительно, но Его облик не будил во мне влечения, только чистый и искренний восторг. Преклонение и трепет – вот, что я чувствовала. И мне вновь хотелось заглянуть Ему в глаза, быть может, услышать свое имя из Его уст, понять, что Он всегда рядом… Но не вышло. Я просто слушала глухие удары, голос шаманки и вновь появившиеся стоны Агыль.

Открыв глаза, я увидела, что лицо женщины вновь исказилось. Удары в хот участились. Шаманка теперь не просто расхаживала. Ее движения напоминали своеобразный танец, сплетенный из раскачиваний, кружения и наклонов. И всё это она совершала, не останавливая своего хождения вокруг Агыль. И голос стал звучать громче и напористей. Я смотрела, и мне не верилось, что всё это может делать древняя старуха. Она ни разу не оступилась, не сбилась, не запнулась, и даже дыхание не подвело свою хозяйку.

А потом Агыль застонала громче, чем раньше, стиснула зубы и приподнялась, заметно напрягшись.

– Ы-ы-а-а! – надрывно выкрикнула она и снова растянулась на подстилке.

Вот теперь Орсун отлепилась от своего места. Она опустилась между ног Агыль, сдвинула ее подол повыше, и женщина снова поднатужилась.

– А-ах! – выдавила бедняжка, и знахарка что-то негромко сказала ей. – Я стараюсь, – прохрипела в ответ Агыль.

И мне стало не по себе от вида чужих мучений.

– Ну-у же-е, – натужно протянула Агыль. – Пусть он вы-ыйдет, пу-усть… А-а! – громко выдохнула она и обессилено упала навзничь.

– Помоги, – махнула мне Орсун.

Я несмело приблизилась. Во рту в одно мгновение пересохло от кучи предположений, что я должна буду делать.