Божественные проделки

– Сегодня мы снимаем «Запретную страсть» а не греческий миф, – проворковала я, приближаясь к актеру и едва успела пригнуться, прежде чем он дрыгнул ногой в мою сторону.

– «Бессмертная молодость и тяжкая красота короны

Его щеки не затенены нежнейшей щетиной,

Из его справедливого нутра ждите нектарные росы…» – Вещал Гууди при этом потряхивая тем, что он считал нутром. Я взмолилась, чтобы нектар он выдавить не решился.

– Ведро со льдом. – Скомандовала Матильде. Поскольку новоявленный Аполлон притих, я добавила: – Для росы.

Через час нам удалось привести Гууди в вертикальное, не шатающееся положение и запихать в смокинг для съемки сцены бала. Перегаром от него несло за несколько шагов, поэтому пришлось облить духами.

– Танец помнишь? – Похлопывала я его по плечу, провожая в зал сьемок и наблюдая, по прямой ли движется его тушка.

– Да, я же профи.

– Конечно. – Кивнула, улыбнувшись сквозь сжатые зубы, и поплелась к директору.

– Пруденс, ну где ты ходишь? – встречал меня Майкельсон недовольно хмуря брови. – Вот схема движения массовки, объясни, что они изображают высокопоставленных гостей на званом вечере, а не стадо овец на пастбище. Не надо ходить одним табуном и блеять.

В массовке на этот раз было две моих знакомых, которые постоянно выручают, если кто—то из планктона начинающих звёзд или считающих себя таковыми, не является на сьемку. Поэтому, едва я приблизилась к кучке ряженых для фона, Линда и Джейн сразу подбежали ко мне.

– Пру, когда начнем, вроде уже время? – Начала Линда, периодически похлопывая затянутой в китайскую подделку шелковой перчатки руку по переливающемуся вычурному ожерелью работы все тех же восточных мастеров.

– Скоро, сейчас схемы разберем. – Пояснила я.

– Пожалуйста, меня поближе к Майку Гууди, умоляю. – Джейн буквально выпрыгивала из платья от возбуждения. – Вдруг он меня заметит!

Я не стала говорить, что наша звезда изрядно перебрал и способен заметить лишь напиток, чтоб опохмелиться.

Через двадцать минут Майкельсон был доволен движениям овец хаотичными парами в строгом порядке с милыми поблеиваними едва слышным шепотом.

Я присела на звуковую колонку перевести дух и приложила к лицу холодную бутылку воды.