Тысяча китайских журавликов

– И что же это за гнусные цели?

– Ну как… Порабощение мира, конечно же.

– И вселенское господство.

– И вселенское господство. Вы со мной? – она подняла на меня хитрые глазки, я не выдержал и засмеялся. Хулиганка! Воздух перестал трещать от напряжения.

– Медведев меня предупредил, что вы… скажем так: сдали зачет ему. А еще предупредил, что раздолбайка Громова зачетку забыла. И чтобы я не удивлялся, когда она придет и будет, ломаясь и смущаясь, выклянчивать зачет.

Катя захныкала:

– То есть весь этот цирк был, просто чтобы помучить меня?

– Весь этот «цирк», Катя, – жестко сказал я, – был для того, чтобы ты поняла: во-первых, не надо мне врать, а во-вторых, не надо использовать в корыстных целях.

Она кивнула и нехотя поднялась со стула.

– И еще. – Я подошел к ней и почти по слогам сказал: – Никогда вот так, – я помахал ведомостью, забытой Младшим, – больше не делай.

Катя быстро-быстро замотала головой.

– Отдай Мла… Дмитрию Анатольевичу. – Я протянул ведомость и сел обратно к компьютеру. Аудиенция закончена.

Девочка выскользнула из кабинета, и в этот момент у меня зазвонил мобильный. Олеся.

– Зайчик!

Я закатил глаза – ненавижу, когда она меня так называет.

– Привет, Олесь.

– Ты грустный! Как себя чувствуешь?

– Отвратительно! И если ты намекаешь на то, чтобы продолжить свои «тренировки», это не ко мне.

– Ну, во-от, – обиженно протянула она. – Найду себе другого зайчика, будешь знать!

– Без проблем.

Олеся проглотила мое «без проблем», хотя наверняка ей было неприятно.

– Ну, кто такой бука? Хочешь, я приеду и сделаю тебе массаж?

– Угу. Прям в институт приезжай.

– Могу и в институт. Помнишь, как мы на твоем столе…

– Помню! – перебил ее я, проведя пальцами по этому самому столу, на котором мы душевно «проскакали» пару километров в первый Олесин визит в институт.

– А с фитнес-позами не будешь приставать?

– С позами буду. С фитнесом – нет.

Я сдался, и хотя меня мутило от мысли, что надо заехать домой, пересесть на старенький «Мерс» – о «Кайене» я благоразумно помалкиваю, потом ехать за Олеськой на другой конец города… Желание сладко провести этот вечер пересиливало всякую лень.

Но вечер прошел не так, как я планировал.