Эйдос непокорённый

Мастер Гиллад зажигает в чашах огонь и, наконец-то, интересуется моим следом на запястье. Напяливает очки на выцветшие голубые глаза, выбирает в сложной конструкции стекло потолще, и пытается рассмотреть сквозь следы моего вандализма что-то известное только ему. Кряхтит, сопит, водит большим пальцем по моему запястью, надавливает место, где недавно алела отметина, а теперь не осталось и следа. Может, там и не было ничего?

– Что именно ты трогала? – Мастер Гиллад цокает, оставляет мою руку, думает.

Плохой знак.

– Ничего, – нервно мотаю головой, и мне становится не по себе, неужели Батья-Ир права и это опасная метка? – До самой платформы только за руку Макса держалась.

Даже такой незамысловатый контакт в обители считается преступлением, поэтому лишь смелые позволяют себе прятаться по углам. Мастер Гиллад знает о нас и не выдаст. Ведь чувства нельзя запретить, вытравить голодом, медитациями и вымыть водой. Он задумывается, морщится, стареет на глазах, хотя ему и без того сто восемьдесят.

– Это невозможно. Сколько себя помню, такого ещё не было, – бормочет он под нос.

Я начинаю подозревать, что не первая прогулялась по Башне.

– Чего не было, Мастер Гиллад? – Я даже не могу пошевелиться от оцепенения, как тогда, на площадке под дождём.

– Того! – Он хватает меня за руку, тычет в нос моим же расцарапанным запястьем, и сокрушается. – Когда не трогаешь, что не положено, такого не случается.

Выдёргиваю руку из его сухих пальцев, потирая саднящие царапины, стараюсь выглядеть спокойной.

Постепенно и он усмиряет свой вспыльчивый характер. Если лекарь так реагирует, всё серьезно. Но я ничего и не трогала, это Макс открыл целую комнату со звёздами. И чего они к нему не прицепились? А если прицепились? Что если это от них у него в башке заклинило, и он меня бросил? Скотина, шнод!

– Мастер Гиллад, ты можешь это вытащить? – Слышу, как дрожит собственный голос и стараюсь взять себя в руки. – У тебя ведь с собой инструменты?

Он не расстаётся с пеналом-скруткой.

Постоянно таскает всё для первой помощи. Вдруг кому поплохеет.

– Хочешь убрать эту штуку? – Он снимает очки, протирает стёкла подолом балахона. – Хорошая мысль. Её и правда лучше вытащить, пока она тебя не убила.

– Убила? – Холодок пробегает по позвоночнику и редкие волоски на руке становятся дыбом. – Да что в ней такого? Просто вырежь её.

Старик начинает ворчать:

– Просто, да не просто.