Возмездие

– Стой, – прервал их Питер, – если ты пришла сюда днем и не знала, что твой отец устанавливал колючую проволоку на заборе, то где ты была до этого?

– Не твое собачье дело, – ответила Грейс.

– Понял.

– Мистер Насмехательство-над-детьми, а сам-то, под кого подростком косил?

– Под Стиви Никс.

– А если без шуток?

– А кто сказал, что я шучу?

– Под Кита Ричардса, – вставила Грейс, не желая терпеть спор длинною в жизнь. – Он косил под Кита Ричардса. Сам говорил.

Лили громко рассмеялась.

– Это продолжалось всего полгода, – оправдался парень.

– Ты не настолько старый, Питер. В то время все перестали подражать даже Экслу Роузу.

– Зато выряжались как участники эмо-групп. Уж лучше косить под Кита Ричардса.

Лили прекратила смеяться.

– Есть покурить? – спросила она.

– Даже не думай.

– Мой тебе совет, – сказал Питер, медленно вытягивая сигарету из кармана, и, пока Грейс не видела, протянув ее Лили, – бросай с этим как можно скорее.

Лили нравилась ему, пусть это было и не взаимно.

– А то что? Раньше сдохну? – спросила девочка, кладя сигарету в карман куртки.

– Раньше разоришься.

Тем временем, Элис приехала в бар, навестить своих подчиненных и посмотреть, что там, да как. В полдень в нем обычно собирался народ, пообедать или выпить – каждому свое. За барной стойкой никого не было, значит, пьяницы пока еще не подоспели.

– Дэнни, это бокал для вина, – сказала она, наклонившись над барной стойкой, и смотря на бармена сквозь стекло бокала.

– Ну да.

– Так какого черта ты налил сюда колу? Виски пьют из стакана для виски. – Она ударила подчиненного по затылку, но слабо, вышло не больно.

Тот почесал ее и сказал:

– Простите.

К стойке подошла усталого вида официантка, поздоровалась с Элис, и поторопила бармена, чтобы он быстрее налил ей кока-колы для посетителей. Он подсуетился, сделал все как надо и поставил стаканы на поднос.

–Нравится она тебе? – равнодушно спросила Элис, но с некоторым задором в глазах. В ответ на ее вопрос бармен смутился. – Так позови ее куда-нибудь.

– Она не пойдет со мной на свидание никогда в жизни, – расстроенно произнес парень.

Элис закатила глаза, развернулась на стуле, подозвала официантку к себе, та подбежала к ней. Красивая, большеглазая, кожа цветом – словно бронзовая статуя.