Непристойные предложения

Вселенная очень велика, и мы не только перемещаемся по ней физически, но и посылаем сигналы во всех направлениях, которые можем придумать. Мы думаем – а значит, мы существуем. И рано или поздно неожиданно увидим – или услышим кого-то. Обнаружим, что у нас есть крайне умные родичи.

В первую очередь я молюсь о том, чтобы мы не оказались мышами, которые потревожат кошек. Во вторую – о том, чтобы они не слишком опередили нас в технологическом смысле. Я не хочу, чтобы генеральный секретарь ООН сыграл роль Монтесумы для какого-нибудь галактического Кортеса.

А еще я молюсь о том, чтобы мы сумели сосуществовать с разумными существами, которые появились в ходе совершенно иной эволюции, чтобы мы смогли пользоваться и наслаждаться совершенно различными технологиями, произведениями искусства, философскими и религиозными воззрениями. Чтобы мы оценили тот факт, что есть множество форм разума – и его высшие формы неизменно сталкиваются с тем, что, как и мы, называют трагедией жизни.

Вот почему я пишу космические комедии.

Написано в 1956 году, опубликовано в 1958-м

Критерий от балды

Помните афоризм про старую английскую правовую систему? «Пусть рухнут небеса, но правосудие должно свершиться»? Так вот, свершилось ли оно в этом случае?

Дано три личности. Разумный примат с Сола III – в техническом смысле, человек. Столь же разумное ракообразное с Проциона VII – иными словами, эрудированный лобстероморф. И компьютер модели «Малколм Мовис омикрон бета», достаточно разумный, чтобы проложить маршрут из одной звездной системы в другую, а также состязаться с большинством биологических умов во всевозможных играх, от бриджа до шахмат и двойного зоньяка.

Теперь добавим кораблекрушение. Ветхое, дырявое каскасское грузовое судно разваливается в дальнем космосе. Разваливается в прямом смысле. Половина двигательного отсека уничтожена взрывом, корпус течет и начинает разрушаться, все, кому удалось выжить и добраться до спасательных шлюпок, бегут с корабля.

В одной такой шлюпке находятся человек Хуан Кидд и лобстероморф Туэзузим. И, разумеется, компьютер «Малколм Мовис», непременный пилот, навигатор и мастер на все руки.

Кидд и Туэзузим знали друг друга больше двух лет. Компьютерные программисты примерно одного уровня, они познакомились на службе и были уволены в одно время. После чего решили сэкономить, отправившись на потрепанном каскасском грузовом судне в сектор N-42B5, где, по слухам, было много работы.