Муссон

Лишенный слуха Том был исключен из музыкальных занятий, а Кэролайн как будто находила теперь особое удовольствие от общества Гая.

Они постоянно шептались о чем-то даже во время уроков, а Уэлш не слишком искренне пытался их утихомирить. Том возражал:

– Я тут решаю задачу по тригонометрии, а из-за вашей постоянной болтовни думать невозможно!

Уэлш мстительно усмехнулся:

– Я что-то не замечал в тебе повышенной умственной активности, Томас, даже во время полнейшей тишины.

На эти слова Кэролайн ответила музыкальным смехом и склонилась к плечу Гая, как будто делясь с ним шуткой.

А брошенный ею на Тома взгляд был злым и дразнящим.

Дориан и Том унаследовали от отца острейшее зрение, и теперь их частенько посылали наверх вместе в качестве наблюдающих. Том стал наслаждаться этими длинными вахтами на верхушке мачты: это было единственное место на полном людей корабле, где он мог остаться в одиночестве. Дориан научился придерживать язычок, и они могли часами сидеть в спокойном молчании, не вмешиваясь в мысли друг друга, каждый предаваясь собственным мечтам и фантазиям.

Но если прежде Том мечтал о битвах и славе, о диких песчаных пустынях и великих океанах, куда они направлялись, о слонах и китах, об огромных обезьянах на туманных горных вершинах, о которых он так много говорил с Эболи и Большим Дэниелом, то теперь его воображение занимала Кэролайн.

Он только и думал что о ее теплом теле, которого касался, но которого пока что не видел, о ее глазах, обращенных к нему с любовью и преданностью, о том, чтобы проделывать с ней такие же изумительные вещи, какие он проделывал с Мэри и другими деревенскими девушками.

Но одновременно это почему-то казалось ему чем-то вроде святотатства – когда в его фантазии одновременно с божественной Кэролайн врывались все те примитивные существа.

Том воображал, как спасает Кэролайн, когда корабль охватывает пламя, а на палубе кишат пираты, как он прыгает за борт, обнимая ее, и плывет к белоснежному берегу какого-то кораллового островка, где они останутся одни.

В этом как раз и состояла проблема, встававшая перед ним в конце каждой фантазии. Как остаться с ней наедине? «Серафим» мог дойти хоть до конца света с Кэролайн на борту, но им никогда не остаться наедине.

Том отчаянно пытался найти какое-нибудь местечко на корабле, где они могли бы хоть на несколько минут остаться в стороне от наблюдающих взглядов, если, конечно, ему удалось бы заманить туда Кэролайн.